Переглянувшись, братья улыбаются.
– Не врут! Вы не сочтёте за оскорбление, если мы пригубим и Гаяну? Вы же уже определились с фавориткой.
Шанти?.. Хм… Да, это будет весело! Особенно весело смотреть на ревнивого братца.
– Вы можете угощаться любым блюдом с этого роскошного стола. Разве этот виноград не для этого разложен здесь?.. И мне будет даже отрадно послушать о прелестях рани Слонов.
Братья довольно переглядываются.
– Чувствую, мы поладим с нашими новыми родичами.
Обмениваемся понимающими учтивыми поклонами.
Мы превратим твою фаворитку в шлюху у тебя на глазах, братец! Наслаждайся зрелищем…
Глава 16 - Заботливый инфант Лакаста
Шанти Гаяна
На окно садится маленькая птичка. Серая… А у нас в Гаяне все птицы яркие и красивые. Я очень скучаю по дому. Крошу в чашу остаток хлебца и высыпаю крошки на карниз. Пусть птички прилетают. Хотя бы эти серенькие. Здесь всё вокруг серое. Из окон не видно даже тех красивых цветных гор, что видели мы во время пути. Вдали над Глазницей Дракона кружит пара огромных витр. Несколько агрессивных виражей – и они сталкиваются в воздухе. Одна из них отлетает, а вторая камнем летит вниз. Я вижу, как падает огромная туша в голубое марево. Оно становится гуще и непрогляднее в месте падения, пар клубится, поднимаясь выше. Мёртвое озеро…
Поднимаю взгляд. Напротив – окна Лакастов. Оба у окна в своих кельях – и старший, и средний.
– Чудесный вечер, – расцветая в улыбке, учтиво кланяется Теодор.
– Чудесный, – опускаю я глаза.
Моё лицо горит от внимательного взгляда Диона. Ну что тебе надо от меня?!?
– Рани Шанти практически не выходит из кельи. Почему? – мило сводит брови Теодор, облокачиваясь предплечьями на свой подоконник.
– Плохо себя чувствую…
– Не время для наследников болеть!
Киваю и отхожу от окна. Ложусь на кровать, утыкаясь лицом в подушку. Надо бы пойти поговорить со Светом Ором. Он самый… ммм… мягкий из младших наследников и не вызывает страха. Он учтив, скромен, серьёзен и приятен лицом.
Слёзы отчего-то мочат мою подушку. Почему я плачу? Не могу разобраться. Но очень обидно и стыдно, как будто меня опорочили. Это всё из-за взгляда Диона. Именно он заставляет меня чувствовать себя так. Надо поспать… Набраться сил… Но дверь кельи открывается. Заходит сестра в сером балахоне.
– Рани Шанти заболела? Мне позвать лекаря?
– Нет. Я просто устала.
Оставляет мне на столе стакан с какой-то жидкостью.
– Это поддержит Ваши силы. Но если лучше не станет, скажите мне об этом перед сном. И я позову лекаря.
– А откуда Вы узнали, что я плохо чувствую себя?
– Инфант Лакаст попросил позаботиться о Вас.
– Мм…
Не так уж и плох Теодор. Заботлив, внимателен… Хоть и манеры у него немного развязные. Но он старший наследник. И я тоже.
Серая сестра сталкивается в дверях со спешащей Корой. Та врезается в каменный косяк и вскрикивает, падая на одну коленку.
– Будьте аккуратнее, рани, – строго говорит сестра, помогая ей подняться.
Кора, сумбурно ругаясь, хромает к моей кровати. Всегда у неё так! Ловкая, как горная козочка, когда никто не видит, и неуклюжая, как черепаха, если кто-то смотрит на неё. Поскуливая, потирает коленку.
– Сильно болит?
Задирает юбку. Одно колено сбито в кровь! Я достаю настойку лотоса и чистую тряпицу, чтобы протереть.
– Ну вот! – горестно. – Мало того, что лицо моё разбито, теперь я ещё и хромая.
– Давай я тебе волосы заплету красиво.
– Меня всё равно никто не выберет! Была бы я хотя бы наследница своей локи… Ооо… Шанти! – закрывает вдруг Кора лицо руками. – Мне надо кое-что тебе рассказать. Кое-что очень страшное, что меня очень мучает. Но если я не скажу, ты можешь пострадать.
– Что такое ты говоришь? – удивлённо вглядываюсь в неё.
– Тариш! Этот мерзкий Тариш…
– Он обидел тебя? – от возмущения я открываю рот. – Ты должна была сразу сказать мне! Что он сделал?!
– Нет. Он просто сказал, что лока хочет, чтобы вернулась я. И если выберут тебя, то ты не доедешь со своим мужем до дома.
– Что?! Да отец велит отсечь ему голову!
– Не велит. Тариш сказал – это распоряжение нашей махарани.
Я пытаюсь понять, что сказала сейчас Кора, и не могу.
– Что?
– Мама ему велела так сделать! Тариш её человек! Ты понимаешь?!
– Нет. Этого быть не может. Мама не могла…
Даже Джана, сына первой махарани, мать всегда ростила, как родного. Разве могла она такое приказать?