– Я не против. Сходи за вином и виноградом, а я пока попрошу сестёр обработать мне раны. Жжёт… Демоновы девки…
Не успеваем мы постучать, как дверь кельи открывается, и красавица Олга попадает прямо в руки брату. Мои заняты блюдом с виноградом и вином.
– Ах… – трепещет она, опуская ресницы.
– Куда так спешит прекрасная наследница Мхов?
– Свечи… Мои свечи прогорели… Хотела взять внизу ещё.
– У меня есть одна с собой, – поднимает брат повыше фонарь. – Чуть позже мы распорядимся, чтобы Вам, Олга, принесли ещё. Не стоит ходить в темноте по саду. Лианы так и цепляются за ноги.
– Да и наследница Озёр может встретиться на пути… – добавляю я.
– Эта ужасная Чио… – страдальчески заламывает руки Олга. – Я боюсь её теперь еще больше!
Заводим её обратно в келью.
– Вы вся горите… – брат прижимает её крепче за талию.
Она неуверенно застывает. Ставлю бутылку на стол, наливаю вина в кубок. Подношу ей.
– Выпейте, оно охладит. До дна… – придерживаю её локоть. После вина девицы куда сговорчивее!
Приоткрываю окно, кладу руку ей на лоб. Пусть привыкает, что мы прикасаемся вдвоём.
– Какие красивые у Вас пальчики, княжна…
– Очень изящные, – подмигивает мне брат.
Оставляю на них поцелуй. Вздрагивает, несмело пытаясь освободиться.
– Хочу завтра объявить Вам наш фавор, прекрасная Олга. К Вашим вспыхивающим ланитам прекрасно подойдут рубины нашей короны.
Пухлые яркие губы приоткрываются.
– Мы не знаем, – ловлю её взгляд, – кого Капитул объявит правителем. Но оба претендуем только на Вас.
– Но княжна Элодея…
– Мы ничего не обещали бедняжке. Сердца братьев Борро покорили Мхи.
– Это очень лестно… – покусывает она растерянно губу.
Мои губы перемещаются с пальцев на запястье. Оставляю несколько более откровенных поцелуев.
– Однако… Мне тогда нужно выбрать одного из братьев Камней?
– Это разобьёт моё сердце, – жалобно сводит брови брат.
– Или моё… – отрываясь на секунду от её кожи, преданно заглядываю ей в глаза.
– Но что же делать?
– Наслаждаться вниманием обоих. Ну а уж кому повезёт надеть корону, тот и возьмёт Вас в жёны.
Пальцы брата, обнимающего её сзади, скользят по корсету, подбираясь к тревожно вздымающейся налитой груди элки. Его губы ложатся в основание её шеи, он проводит по ней щетиной.
Таара обожает, когда он делает так. И если он делает так на пике её удовольствия, когда берёт сзади, она обязательно кончает.
Колени нашей красавицы подгибаются, Олга оседает в руках брата, закрывая глаза.
– Что-то мне нехорошо… – обмахивается она руками, пытаясь отстраниться от него.
– У Вас ужасно тугой корсет! – мои руки обвивают её талию. – Его необходимо расслабить. Вам нехорошо из-за него.
– Ну что Вы… Нет… Он совершенно не тугой… – бормочет она растерянно, пока я удерживаю её ладони в своих руках, а брат дёргает шнуровку сзади.
– Совсем немного… Ну… Так лучше?
Корсет сползшего вниз платья оголяет краешек яркого ореола соска. Свет свечи становится слабее. Она догорает. Я доливаю вина Олге, подношу к губам ягоду винограда.
– Выпейте.
– Кажется, мне уже хватит. Я и так выпила кубок за вечерней трапезой.
– Леди Борро должны уметь разбираться в вине, – подталкиваю я под локоть её руку. – Вот это, например, сильной сладости или умеренной?
Делает пару глотков.
– Мне кажется, умеренной…
Скармливаю ей виноградину из своих пальцев.
– Красное или белое?
Свеча уже едва горит, и не видно цвета вина в кубке.
– Я не знаю.
– Попробуйте ещё. У белого более тонкий сухой вкус. У красного – более насыщенный, страстный.
Делает ещё пару глотков.
– Мне кажется – красное.
– Вы прекрасно справляетесь с ролью леди! Вино действительно красное. Осталось угадать молодое или выдержанное.
– Как угадать?
– Молодое такое же сладкое, как Ваши губы, княжна. Выдержанное – более терпкое.
Ещё пару глотков…
– Молодое.
– Как кружит голову молодое… – ведёт пальцами по её предплечьям брат, стоящий позади неё очень близко, – …вино!
– Леди Борро должна разбираться ещё кое в чём… – забираю я из её рук кубок.
– В чём же?
– В камнях и поцелуях…
Поднимаю её кисть, снимаю с мизинца кольцо с крупным топазом, надеваю на её средний пальчик.