Впиваюсь более жадно во все её чувствительные места, кусаю губами за ушко, наслаждаясь тихими вздохами и тем, как она оживает, трепеща в моих руках. И, потерявшись сам в происходящем, оказываюсь у неё между бёдер. Шепча ей что-то ласковое, обнажаю себя, прижимаюсь к горячей, влажной плоти. И мне кажется, мы обжигаемся друг об друга.
– Аш… – нерешительно вскрикивает она мне в губы, сжимая бёдрами.
Впиваюсь глубже и требовательнее, утягивая её в танец языков, скользя по нежной теплоте. Я знаю, как сделать так, чтобы девице было хорошо, меня учила самая искушённая из женщин. И всё, что умею, я с удовольствием отдал бы Лидии. И отдам! Но сейчас у нас лишь несколько мгновений, чтобы навсегда связать свои судьбы. Я слышу краем сознания шум в коридорах. И, впиваясь в кромку её ушка, врываюсь внутрь. Замирая от испуганного хрипловатого вскрика и того, как она сжимается вокруг меня. По моему телу идут судороги удовольствия, вынуждая двигаться и получить своё. Коготки впиваются мне в плечи через рубаху.
– Шшш… Всё… – успокаиваю её, шепча в ушко и осыпая его поцелуями. – Больше больно не будет… Никогда… Поцелуй меня.
И очень-очень ласково, едва двигаясь в тесноте горячего плена, я расслабляюсь, не пытая её своим желанием растянуть это удовольствие. Мой пах взрывается непривычно болезненно и оглушающе. И я не выхожу из неё перед этим. Бабочки умеют уклоняться от беременности с помощью пыльцы. Но зачем нам уклоняться? Пусть будет наследник…
Переворачиваю её на себя, целуя в висок. Мы молча лежим, поглаживая друг друга и почти засыпая, пока резкий стук в дверь не заставляет нас вздрогнуть. Поднимаю её на ноги, быстро поправляю одежду и накидываю плащ.
Настойчивый стук повторяется!
– Не оставляй меня, Аш! – с дрожью хватает она мою руку.
– Я буду здесь, с тобой. Я всегда буду с тобой теперь. Но нужно открыть…
– Хорошо.
– Не волнуйся. Я рядом.
За дверью сестра в балахоне. С подозрительностью осматривается, замирая взглядом на сбитых одеялах.
– Прошу Вас покинуть келью, инфант, мне нужно облачить княжну.
– Облачайте при мне.
– Как можно?
– Новая традиция Островов. Вы не знали? И поторопитесь. Княжна не очень хорошо себя чувствует.
Сестра собирает её волосы в причёску. Щёки Лидии горят алым. Она ловит каждый звук, изданный мной, дёргаясь на него и поворачивая голову.
Я никуда не исчезну, мой лесной цветок. Одно своё счастье я уже упустил, поэтому в десять раз крепче буду держать второе. Боги редко дают третий шанс. Халиши – никогда. Но Лидия так тревожится, словно я вот-вот брошу её.
– Леди Фрейи… Хочешь, я спою тебе балладу? – вспоминаю, что, вообще-то, когда-то хорошо пел.
– Хочу… – беззвучно вздрагивают её побледневшие губы.
– О любви или о путешествиях?
– О любви…
Пряча улыбку, я пою. Моя леди успокаивается…
Глава 37 - Первый союз
Ладимир Ор
В зале корон сыро и холодно. Но воды на полу уже нет. Наследники, не сговариваясь, встали рядом со своими коронами. Корона Озёр прямо напротив короны Лесов.
Хоть лицо Чио и закрыто повязкой, как обычно, но я отлично его помню. И ей была бы к лицу изящная корона Озёр, переливающаяся крупными ярко-синими яхонтами. Но и более увесистая малахитовая корона Лесов со свисающими изумрудными бусами подойдёт ей не меньше. А может, и больше.
Опираясь рукой на постамент, Чио оглядывает залу. Чёрная повязка делает её ещё бледнее. Глаза утомлённо моргают, на лбу испарина. Замечаю, как плотно к ней стоят братья, незаметно поддерживая её. Раздражённо поворачиваюсь к лестнице, там капиты в своих белых балахонах – Согару и Нордик. Брат Шо – в скромном сером.
Да начинайте уже! Кого мы ожидаем?
Но мы кого-то ожидаем. Глаза у наследников горят… Это противостояние! Но никто не может понять, за что именно борется. Уже и не сказать, что за короны. Просто против неблагожелательной неизвестности в балахонах. Все чувствую заговор. И плетут ответный. Но не зная сути того, что пытаются сделать капиты, мы действуем несогласованно и слепо.
Вдоль стен за спинами наследников в локте друг от друга расположилась армия братьев из «Длани». Капиты неглупы. И эта армия – демонстрация силы сейчас. Рука моя ложится на гарду меча. Правда, это не поможет. Два мгновения – и мы все попадаем тут абсолютно беспомощные под воздействием сонных ядов. В руках у братьев те самые трубки для стрельбы ядовитыми иглами, из-за названия которых мы поссорились с Чио. Какая глупость… Вспоминаю, как она дразнила меня. А я, как глупый отрок, злился вместо того, чтобы… Да пусть называет их как хочет. Главное – выжила!