– Их судьба пока ещё скрыта от наших чтецов. Единственное, что мы знаем – они не покинут Печи.
Тишина…
Глава 5 - Дары
Кора Гаяна
Обед заканчивается в основном в тишине. Слышен лишь тихий смех с дальнего края стола, противоположного брату Нордику. Там отважная олорка. Ей словно всё нипочём. Хотя что ей может угрожать? Она единственная наследница.
Брат Согару учтиво, но в своей обычной манере, с хитрой улыбкой, просит всех наследников пройти в галерею оружия, чтобы дать наследницам возможность вручить друг другу свадебные дары.
На лице Шанти всё ещё красные пятна. Я незаметно сжимаю её руку. Зачем она так остро реагирует на этого Лакаста? Хотя если бы он так разговаривал со мной, я бы тоже провалилась сквозь землю. Но со мной он был очень учтив. А этот Теодор, что поначалу показался мне милым… Мог бы и заступиться за Шанти, если смеет проявлять к ней своё внимание и этим порочить!
– Лидия, – княжич Ор кладёт на плечо слепой княжны руку, – никуда отсюда не ходи. Леля сейчас вернётся с дарами и будет с тобой.
Княжна кивает, но явно обеспокоена. И эта беспомощная княжна отвлекает наконец-то Шанти от её переживаний.
– Мы останемся рядом с Вами, княжна Лидия. Не беспокойтесь. Мы – инфанты Гаяны: я – Шанти, старшая, и Кора – младшая.
Я склоняю учтиво голову, но вспоминаю, что Лидия слепа и растерянно замираю, не находясь, что сказать. Она поворачивает своё светлое красивое лицо, словно разглядывая Шанти.
– А Вы мне снились…
– В самом деле? – удивлённо распахивает глаза Шанти.
– Мне видятся вещие сны.
– Потому что Вы волхвичка? – любопытство развязывает мне язык.
– Кора… – осуждающе одёргивает меня Шанти.
– Поэтому, – кивает Лидия.
– И что же Вам снилось? – замирает Шанти.
– Вы очень красивая… – рисует она в воздухе изящными пальцами. – Вот здесь… – прижимает ладонь к груди. – А во сне я видела Вас рыдающей на окне… Длинная узкая бойница… А внизу… Внизу серые камни… Простите мне мои видения, Шанти.
Шанти устало опускает плечи.
– Мне кажется, боги отвернулись от меня. И ничем хорошим для меня этот бал не закончится.
А это я ещё не рассказала ей об угрозах Тариша!
– Вас обидели слова Диона Лакаста.
– Он словно намеренно изводит меня.
– Все до одного Лакасты не те, кем кажутся.
– Что это значит?
– Они все не те, кем кажутся, – упрямо повторяет Лидия. – Они как… ммм… Перевёрнутое отражение в озере.
– Дион именно тот, кем кажется, Лидия! Грубиян и чудовище! Вы разве не слышали? Он палач!
– Когда мы покидали свою локу, Шанти, мой добрейший брат Свет, дар которого избавлять от страданий, был вынужден тоже стать палачом. И подвергнуть истязанию нескольких человек. Но если бы он не сделал этого, пало бы в сотни раз больше людей. Зло, которое мы видим, очень часто бывает меньшим злом. Дион не тот, кем Вам кажется. Он даже не тот, кем кажется себе.
– И Теодор тоже не тот?
– И Теодор тоже… совсем не тот.
– Брат Нордик, позвольте, я начну? – застывает в реверансе маленькая Дея.
Тот благосклонно кивает.
Дея хорошенькая, улыбчивая. Ещё по-детски худенькая. И в отличие от моей, неуклюжей, её хрупкая худоба выглядит мило. Тёмные локоны лежат на плечах и украшены коралловыми нитями. В цвет коралла выкрашены и пухлые губки. Островитянки красят губы… На глазах чёрные кружева.
– Мы с леди Фрейи долго думали, чем можно одарить наследниц. Я хотела привезти каждой бабочку… Но наши бабочки не выживают вне Островов. Поэтому я привезла коконы.
Девушки с любопытством присматриваются к парчовому мешочку в её руке. Каких только легенд не ходит о бабочках Островов! Дея достаёт один огромный, волокнистый, мерцающий жемчужным перламутром кокон, похожий на паучий, только вытянутый. Он настолько огромен, что не вмещается в её руку.
– Это коконы бабочки Афлоо. Когда она выбирается из кокона, остаётся много пыльцы на его стенках. И это единственный способ её сохранения.
Её тонкий голосок звучит в полной тишине, отражаясь от высоких сводов залы слабым эхом. Я восхищаюсь ею. Такая ещё юная! А так смело стоит перед взрослыми наследниками и складно говорит. Я бы не смогла…
– Бабочки Афлоо редки даже на Островах. Их пыльца сохраняет молодость наших женщин, выравнивая дефекты, которые оставляет на них время. Цена коконов столь высока, что только знать может позволить себе иногда приобретать их. Пусть все наследницы лок будут прекрасны, и время не будет властно над ними, – приседает в изящном реверансе Дея.