– Венчать короной Кораллов на правление Плавающими островами лорда Ашерона и леди Лидию.
Вот где красавица! Плывёт как лебедица, гордо вскинув подбородок. Ловлю Элодею на том, что она так же, как и я с Лидии, не сводит взгляда со статного Ашерона, гордо ведущего свою жену. Мы встречаемся с ней взглядами, поймав друг друга с поличным.
– Ваш взгляд смелее Вашего члена… – выплёвывает тихо моя жена. – Смотрите на корону, лорд, а не на чужих жён.
– Чего и Вам желаю, моя леди! – оскаливаюсь я. – Сейчас мы вместе и посмотрим на волю богов!
– Только и можешь, что ждать, ничтожество… – едва слышно. – Возьми сам!!
– Как?..
– Как мужчина.
Глупая дура… Кто же мне позволит?
– Короной Камней на правление Борро венчаются лорд Кёрт и леди Олга.
Брат!!!
Глаза моей леди становятся безумными и выцветают до белизны, зрачки крошечные… Выдёргивая из-под накидки кинжал, подаренный Лакастом, она с криком ненависти бросается на Олгу!
Эпилог
Элай Нава
Обмирая от ужаса происходящего, я только успеваю вскрикнуть «сестра!» в бесполезной попытке остановить её. Глупая Элодея! Безумная! Нет. Жестокая Элодея! Ведь убив Олгу, она не оставит выбора Капитулу, и коронуют их пару. Вдовец не может быть коронован… А значит, остаются только младший Борро и его жена. Пророчество должно исполниться. И в каждой земле должно взойти своё Семя. Именно так прочитала Шейла. И в случае смерти Олги, пока Элодея не родит, она неприкасаема…
Безумная!
Я слишком далеко, чтобы вмешаться в происходящее, и вижу только, как её рука нелепо замахивается, целясь в пышную грудь бледной Олги. По наследницам тихий вскрик. Мужчины приходят в движение, но успевает лишь наша сестрица Мехов, что стоит недалеко, поигрывая своей плетью. И в момент, когда кинжал касается груди Олги, кисть Элодеи оплетает кожаный шнур кнута Кысы. И она с воплем дёргает его назад, заваливая воющую от безумства Элодею на каменные плиты.
В зале корон воцаряется тишина…
Олга медленно моргает, опуская взгляд на разрез на груди. Он не слишком глубокий, но кровь сочится, сбегая каплей в выемку между грудей. Подхватывает теряющую сознание элку не её лорд, а подоспевший новоиспечённый князь Олора – Рико. Кыса, наступив на руку трепыхающейся Элодее, визжащей угрозы всему живому, второй пинает её по лицу, когда та пытается воткнуть ей в ногу перехваченный другой рукой кинжал. Монахи подбегают к ним. Кыса сама отступает в сторону, обезоруживающе показывая ладони:
– Я только защитила леди Камней!
Балахоны оставляют княгиню в покое и поднимают на руки повисшую в беспамятстве сестру. Всё… Льды опозорены на веки веков. Безумных во Льдах не приемлют. Род Льдов опозорен среди других. Никто не захочет союза с безумными правителями. Нам с Шейлой не стоит иметь наследников! Ещё раз утверждаюсь в своём решении не касаться как мужчина моего Хрусталя. Во Льдах это запрещено – вступать в связь с умалишёнными и безумными. А теперь я ещё и сам из такого рода. Теперь о Льдах ещё много веков будут говорить не лучше, чем о лорде Лакаста. Но Лакаст славен металлом, а Льды умом. И это не одно и то же. После восхода лорда Лакаста могучее наследие его предков пришло в полный упадок, и в локе воцарили безграмотность и падение нравов. Такое нельзя допустить во Льдах.
Закрываю глаза. Произошедшего теперь не исправить.
– Унесите Элодею Наву.
– Что с ней будет?.. – вопрошаю я у брата Кая.
– Боги решат… – негромко бросает он. – Продолжим церемонию.
Пары идут… Льды объявляют последними. Встречаюсь взглядом с отходящей от брата Кая коронованной леди Лакаста. На её измотанном, страдающем лике грубая корона Степей смотрится ужасно…
В полной тишине я надеваю хрусталь на прекрасную головку моей нежной Шейлы. Мне нужно защитить её от всех женщин Льдов, которые возненавидят княгиню, как только она сядет по правую руку от меня.
Вдруг Шейла отпускает мою руку и, сделав шаг вперёд, слепо декларирует:
– Десять лап у паука… А в чреве его молотится семя золотое… Камни истекут кровью, и не будет прибежища у семени Камней. Меха растопят Льды… И обрушится тьма на Леса… И погасит эта тьма пламя, в котором они горят… Мхи дадут урожай. Кораллы войдут в чужие воды, источая свои яды… Озёра подернутся багрянцем и лопнут... Слоны завязнут в песках… Сухая трава зацветёт зимой… И к маха жатве семя взойдёт в пасти маха акача.