Медлить нельзя, но Володя не мог отпустить Галину. Она нежно обняла его, опустив голову на грудь, прижавшись так сильно, что дрожь ее тела чувствовалась даже сквозь походный костюм. Он поцеловал девушку, стараясь отогнать дурные мысли из головы.
Галина плакала. Она знала, что решение отправиться в разных направлениях было чудовищной ошибкой, она пыталась сохранить хладнокровие и трезвый ум, но больше не могла сопротивляться.
Они посмотрели друг на друга. Володя разглядывал Галину, будто смотрел на нее впервые и все никак не мог насмотреться. Он провел ладонью по ее волосам.
— Если ты не успеешь дотемна, — сказал он, — устрой ночлег, не передвигайся ночью.
— Знаю.
— Выбери место на возвышении, чтобы лежанку не подтопило, если пойдет дождь.
— Знаю.
— Ты помнишь, как определить положение Полярной звезды? Пять расстояний от Мерака к Дубхе. Пять.
— Да-да. Пять.
— Сохраняй тепло, — Володя заботливо застегнул олимпийку Гали. — Постарайся найти гнезда птиц или грибы, орехи.
— Да-да, конечно.
— У тебя остались спички?
— Отсырели.
— Попробуй просушить, держи в открытом кармане. Если придется развести огонь, убедись, что подо мхом нет торфа. На сильное пламя можно кинуть хвойных веток, тогда получится сигнальный костер.
— Да-да, конечно.
— До кошары полчаса ходьбы, — напоследок напомнил юноша. — Если тебя что-то напугает, затаись. Не беги. Слышишь? Не беги.
— Бежать нельзя, знаю.
— Моя девочка, — Володя сдерживал себя, стараясь контролировать голос, который выдавал его страх и опасения. Он посмотрел на Галину очень внимательно. Она отрешенно глядела на брошенные Максом бидоны, машинально кивая. Володя обнял девушку на прощанье и с величайшей тяжестью на душе пустился в направлении аула Беной, по ту сторону скалистого хребта.
Он не оборачивался.
Напрягая слух, Володя пытался расслышать хруст веток за спиной, который бы означал, что Галина пустилась в путь. Но тишина разрывала его сердце. Неужели она все еще стоит там и смотрит ему в след? Неужели она думает, что он бросил ее?
Неужели она думает, что они больше не увидятся?
Часть 3.
Тьма заполнила все вокруг. Исчезли отблески вечерней росы, очертания базальтовых валунов слились с кустарниками, а чернеющее небо объединилось с верхушками елей и пихт, скрыв из виду острые пики хребтов и зубцы расщелин.
Путь лежал через почти отвесные скалы. Володя не понимал, как ему предстоит их преодолеть, но большие опасения вызывали ориентиры — сейчас ничто вокруг не могло указать, в какую сторону двигаться. Плотная дымка заволокла звезды, и единственным источником света был фонарик, который резал черное пространство тусклым, почти блеклым лучом.
Володя выбился из сил — он шел в гору, и это было самым убедительным основанием полагать, что нагорный хребет впереди.
Отсыревшая земля и мягкий лишайник сковывали движение, не давая держать нужный темп. Володя хватался за низкие ветви деревьев, чтобы держать равновесие. Подошва постоянно соскальзывала, от чего Володя мог в любой момент сорваться на гранитные камни и разбить голову. Кто найдет его здесь? Среди акров непроходимого леса, в оврагах, где не ступала нога человека, куда даже солнечный свет днем пробивается с трудом.
Володя вслушивался в каждый шорох, но вокруг была только тишина. Не было слышно ни звуков спасательных вертолетов, ни шума железной дороги, ни журчания горных рек, которые могли бы привести его к населенному пункту. Неоспоримая и всеобъемлющая тишина вселяла тошнотворный страх, который не отпускал ни на секунду.
Всматриваясь в очертания деревьев и направляя фонарик в разные стороны, Володя ловил себя на мысли, что ему мерещатся тропы. Он сделал несколько попыток свернуть с намеченного пути, чтобы убедится, что это действительно проторенные дорожки, но Володя постоянно натыкался на пролески и опушки, где все было покрыто густыми зарослями папоротника. Желание найти более удобный маршрут или иллюзия того, что рядом могут быть люди, уводила Володю в сторону от намеченной цели. Он не мог признаться себе в том, что совершал ошибку каждый раз, когда хотел срезать путь, обогнуть неудобный валун или поваленное дерево.