Как только события в комнате начали разворачиваться по экстремальному сценарию, чего Абелина хотела бы избежать, то она тут же послала сигнал штурмовой группе огринов, которые только и этого и ждали. Необходимо было проникнуть во дворец, обеспечить безопасность выхода инквизитора и его свиты, устранить возможных противников, а также взять под контроль приемную залу, где находились все сливки местного общества. Когда инквизитор-предатель подал сигнал тревоги, информируя своих сторонников, что приглашенные гости пытаются сопротивляться, то Хват, едва заметив шевеление в рядах и услышав в динамике приказ инквизитора, кивнул канониссе и та, откинув полы своего платья, присела на корточки, выхватывая лазпистолеты, спрятанные в нишах ее ног. Автоматика подала пушки прямо ей в руки, ведь Симона не собиралась приходить безоружной. Сам огрин сунул руки в рукава и тут же два метательных ножа полетели в стражей. Сила броска была такой мощной, что обоих кинетическим импульсом отбросило назад. Огрин не стал ждать, когда охрана очнется - он прыжками добрался до убитых им стражей, подхватил лазган, сломал скобу спускового крючка пальцами левой руки и тут же меткими выстрелами начал выбивать противников. Поднялась паника и крик, дамы и кавалеры сбились в кучу как стадо баранов и жалобно блеяли, не понимая, что происходит. Охраной у входа занялись Катерина и Марш, сестра вполне профессионально зарезала обоих стражей, пока комиссар прикрывал ее от выстрелов из своего наградного лазпистолета. Эмилия и полковник Попов, которые тоже были в курсе что нужно делать, встали спина к спине и перестреляли стражей правой стороны зала. Оружие танкист добыл из вазы, куда его сунул агент Абелины - шпион не подвел и сработал четко, поставив на месте закладки только известную Попову метку. Охраны в зале было не так много - человек тридцать, может быть больше и опасность из них представляли несколько профессионалов, которые тут же спрятались за балюстрадами и оттуда вели огонь по нападавшим. Публика мешала прицелиться и несколько пузанов уже лежали с пробитыми головами, а натекавшие из-под них лужи крови пугали дам до обморока.
Хват рванул к балкончику, где засели стражи, прыжком преодолел расстояние до него и, вцепившись аугментированной рукой, перекинул свое тело через ограждение. Его сразу же заметили и открыли было огонь, но тут бронированные стекла брызнули лавиной осколков и через проем окна внутрь скользнула могучая фигура огрина в броне. Тяжелый лазган выплюнул импульс, испаряя одного из стражей, второго Хват успел ранить из стандартного лазгана, но и сам получил пару попаданий в костюм, однако ткань не была пробита - Уотто не подвел. Вплетенные в ткань керамитовые пластины отлично держали выстрел из лазгана, но рассчитывать на них как на танковую броню все же стоило - высокомощные импульс легко ее пробивали. Шорох, что командовал десантно-штурмовой операцией, кинул вождю его топор и тот, удерживая лазган в правой руке, ловко взмахнул левой, рассекая пополам прятавшегося за портьерой окна испуганного стража. Оставшиеся двое задрали руки вверх, но Шорох повел стволом и половинки их тел упали на пол балкона - огрин не собирался оставлять противников в тылу.
- Всем внимание!! - раздался громкий голос инквизитора. Абелина пробубнила огринам пару приказов и Шорох, кивнув Хвату, ударом своего боевого молота вышиб дверь во внутренние помещения дворца, куда тут же проникли Ворох и Штык. Они не собирались зачищать здание полностью - достаточно было взять под контроль площадку фуникулера и главную залу и перекрыть остальные выходы. - Я инквизитор Абелина Смит провожу здесь боевую операцию по искоренению обнаруженной мной ереси. Большая просьба всем лечь на пол и не шевелиться, в противном случае вы будете уничтожены на месте. - Рев тревоги выключился - Жетон и Сабля, сопроводив Токса и Винта до выхода, добрались до охранных помещений, доступ в которые им любезно предоставил тот самый начальник, который очень хотел жить. - Охране дворца сложить оружие и пройти во второй зал, если будет зафиксирована попытка сопротивления, то вас ликвидируют. - Абелина завершила свое сообщение.
До этого она разговаривала с главой Дома устами Винта, сидя в кладовке под маскировочным полем. Тупой сервитор убедился, что внутрь зашла именно женщина - он не мог просканировать того, кто просто использовал проектор, "одев" личину инквизитора. В это время и произошла подмена, как только робот отвернулся и выпустил из поля зрения Абелину - до этого он шел впереди и его камера на затылке все время следила за ней. Угол обзора у нее узкий и поворот головы вправо или влево обеспечивал небольшую мертвую зону и именно этой особенностью воспользовался скитарий.
Операцию штурма разрабатывал лично Хват, как только инквизитор обратилась к нему с этой просьбой по подсказке Конота. У нее не было фактических доказательств, только косвенные и сообщения информаоров, но женщина прожила достаточно долго и наработала колоссальный опыт общения с предателями, так что решила перестраховаться и в этот раз она не воспользовалась своими утраченными способностями, просто попала в точку. Аналитический склад ума и прогнозирование Дока дали именно тот результат, который Абелина и хотела услышать - всю эту операцию с тиранидами затеяли именно глава Дома и инквизитор. Который слишком долго пробыл на одном месте и решил, что достаточно сделал для Империума и пора бы поработать на себя. Он имел хорошо развитую сеть агентов, слухачей и информаторов, где нужно кому нужно подкидывал улики и держал этот город в кулаке, в том числе и главу Дома и именно на это был расчет Абелины. Она специально поставила задачу Токсу и Винту захватить этих двоих живыми - инквизитора можно прилюдно осудить, а главу принудить к сотрудничеству, причем такому, что он и его Дом уже не сорвется с крючка Империума. Флот отослан в систему планеты Кассандра и ловит разбежавшихся тиранидов, лазерные пушки орбитальных станций вполне могли доставить проблем, однако сигнала разрешения на применение этого оружия не произошло и операторы занимались своими делами. К тому же отдельная группа РЭБ-борьбы, которая состояла из нанятых Абелиной преступников (что ж, в таких городах-ульях полно всякого отребья и частенько инквизиторам приходится иметь с ними дело да и некоторые их них являются агентами на постоянной основе, получая зарплату), подключилась к кабелям дворца и перехватывала все идущие от него вызовы. Конечно, они могли сменить сторону, как это сделал маленький Уотто, предупредивший Абелину о засаде. Ратлинг был честен и ответственен и не забыл про свою пускай и недолгую службу в гвардии. Его собрали по кускам медики прямо на поле боя и комиссия списала малыша на берег. Уотто был шапочно знаком с Абелиной и не забыл лицо той молоденькой лейтенантши, которая вытащила изрядно уменьшившееся тело ратлинга из-под обстрела. Сначала он хотел покончить с собой, понимая, что стал инвалидом на всю жизнь и протезы ему явно не светят, однако случилось еще одно чудо - его подобрал инквизитор и приставил к работе. Боннер тогда еще был молодым и не таким жадным, как сейчас и Уотто верно служил ему. Абелина напомнила о себе связавшись с ним по инквизиторскому каналу - память псайкера позволяла фиксировать даже мельчайшие детали, в том числе и этот случай с ратлингом и попросила об услуге. Лицо лейтенанта так врезалось в память Уотто, что он ее сразу узнал. Зрелая женщина с недавно полученным химическим ожогом на лице, когда она вошла в его лавку (до этого они обменивались информацией только по связи), то из глаз Уотто сами собой брызнули слезы. Нервы ратлинга не выдержали и он просто стоял и плакал. Абелина подошла к нему, ласково погладила по голове, а малыш в это время картаво говорил, он словно хотел свалить с себя этот груз, который тяготил его душу. Абелина тщательно проинструктировала его на будущий день, когда сюда заявятся огрин и компания, а сама отправила сигнал взломщикам из канализации. Времени на подготовку оставалось все меньше. Заодно сообщила и про закладку бомбы капитану Ландеру, что было своего рода проверкой информации ратлинга - тот был знаком с агентом, который и произвел закладку. Механикусы вскрыли обшивку и обнаружили устройство, правда удалить его не получилось - бомбу поставили на неизвлекаемость, но вот заглушить сигнал - вполне. Сейчас техножрецы ломали головы как же вытащить смертоносную штуку оттуда.