- Я не призываю к этому. - Также спокойно сказал вождь. - Я уверен, что в Темный Век Технологий человечество было куда развитее и сильнее, чем теперь. Но ваш путь - тупиковый. Империум в стагнации, это нужно давно признать, развиваются всевозможные культы поклонения Императору, которые тормозят прогресс и при этом представители их дерутся друг с другом, вырезая целые города. Механикусы не желают делиться информацией, старательно накапливая знания, но не применяя их во благо остальных! Только редкие их представители способны на это, но их уничтожают как предателей! - Он повернулся к инквизитору. - Я был в городской библиотеке Дома Донгеров, комиссар Эмилия не даст соврать, - та от неожиданности вздрогнула, но кивнула, - она перевела мне несколько статей из информационных источников. Прочитав их, я сделал вывод, что раньше, да даже во времена Императора Империум был гораздо сильнее и могущественнее, чем теперь. Не было такого сильного разделения человечества внутри него, оказывается, Император призвал отказаться от культа поклонения ему и пресекал подобные попытки, он ратовал за научный прогресс человечества. Однако это тоже однобокий путь, он не мог этого не знать, просто перед ним стояла задача сделать из полуразрушенного государства сверхцивилизацию. А в итоге получился пшик на всю галактику. Сейчас я скажу невероятную ересь, но вам придется меня выслушать. - Хват встал со стула. - Как историческая личность Император очень важен, я не спорю. Он объединил человечество, создал сильное государство, способное конкурировать с остальными ксеносами, что живут в галактике. Уже тот факт, что войска гвардии сдерживают сотни лет хаоситов, лезущих из Глаза Ужаса, достоин уважения. Но, со всеми этими достижениями планеты Империума скатываются к темным временам мракобесия, когда человека легко могут подвергнуть пыткам за то, что у него один глаз косой или волосы не того цвета или думает он по-другому. И чем, по-вашему, та же церковь отличается от темных эльдар? - голос Хвата гремел, после чего он повернулся к инквизитору. - Сколько людей было несправедливо замучено в камерах Инквизиции и на их кораблях? Разве вы, полковник, не подвергались преследованиях и пыткам с их стороны?
- Это другое, тем более, что все обошлось. - Заметил Конот, которому интересно было слушать выводы огрина и он думал, а не прикажет ли по концовке его речи Джоана пристрелить его? Хват, конечно, в броне и будет сопротивляться, но бежать с корабля ему некуда.
- Все то же самое. - Сказал огрин. - Просто среди инквизиторов есть здравомыслящие люди и именно на них пока держится Империум. - Он указал на Абелину. - Вот пример перед вашими глазами. А теперь скажите мне как действия сестер битвы и Инквизиции сочетаются с верой в Бога-Императора? Он что, призывал жечь людей на кострах? Садить их на кол или вздергивать на дыбе? Или, может быть, пытать в каменных подвалах? Вряд ли. - Покачал головой Хват. - Все это сделали и придумали те, кто остался после него, как Император пострадал за все человечество, вспомнить хотя бы страшную Эпоху Раздора, когда церковь боролась за власть. В его истории уже был такой случай и сколько просуществовала та религия, которую потом сменила Эра Золотого Тельца?
- О каком случае ты говоришь? - спросила подозрительно инквизитор и тут Хват понял, что в запале сболтнул лишнее.
- У нас есть предание, - попытался вывернуться он, - что Сын Бога пострадал за человечество, искупив все его грехи. Его убили на кресте, а после он воскрес. Но это не имеет никакого отношения к Небесному Кузнецу и к Императору - это не связанная с ними история.
- Ладно. - С тяжелым вздохом сказала Джоана. - Хват здесь наговорил на двадцать смертных казней, но в одном он прав - наша вера основана на лжи.
- Что?!!! - возопила Симона и вскочила со стула. Ее рука сама потянулась к болтеру и канонисса направила его на огрина и инквизитора, которые даже не дернулись. Полковник медленно расстегнул кобуру лазпистолета и переглянулся с Маршем, который готов был выдернуть силовой меч. Обстановка изрядно накалилась и все военные были на взводе. Эмилия во все глаза смотрела на происходящее, а сестра Стефания с любопытством арахнолога изучала поведение пауков в стеклянной банке. - Возьмите свои слова назад, инквизитор, иначе я буду вынуждена пристрелить вас как еретика. И огрина заодно. - Горько добавила она.
- Сядь и послушай меня, канонисса. - Жестко произнесла Джоана. - И убери свой болтер, а то ненароком пристрелишь кого-нибудь.
Обе женщины играли в гляделки, пока Симона не сдалась. Она не хотела признаться себе, что в словах Хвата прозвучала часть правды. Кардинальские миры и правда отличались чрезмерной жестокостью к своей пастве, там наказывали за любую малую провинность, работали у станков по 14 часов в день, выдавая гору продукции, которую потом поставляли в другие миры Империума, получая невероятные прибыли. Часть из этой продукции перепадала сестрам битвы, которые несли охрану этих планет. Но финансовыми потоками управляли с Терры и верховный Лорд всегда был в курсе сколько всего произведено и отгружено, какова выручка и на сколько следует увеличить рабочий день, чтобы получить еще больше. Без финансирования невозможно вести долговременную войну и это воспринималось всеми как должное. Верховного Кардинала не заботили проблемы простых гражданских, точно также как и не заботили других Лордов Терры. И они нашли решение - кнут. Гвардия, сестры, рыцари, инквизиторы, ассасины, все они являлись следствием этого кнута.
Джоана внимательно следила за реакцией канониссы и когда она внешне успокоилась, продолжила.
- Мои слова и слова огрина не покинут этой комнаты. Никто не должен знать о великой тайне, которую хранит Инквизиция. И эти слова не должны поколебать вашу веру, канонисса, потому что иначе вам не победить хаос. Ведь только сильными убеждениями ему можно противостоять, не важно во что ты веришь. Огрины верят в своего Кузнеца и тот придает им сил, вы верите в Бога-Императора и он делает с вами то же самое. Всадники Гастании верят в Духа Степей и неистово сражаются с хаоситами, скача в бой на своих конях под завывания своих трубачей. Хаосу противостоит Вера, главное, чтобы она была сильна в ваших душах, а не умах. А то, что происходит возле нее называется религия. И вот там открываются самые черные стороны человека. Кто-то служит ей за деньги, кто-то за власть, а кто-то сам хочет стать Богом. И одному это почти удалось. - Джоана оглядела всех пристальным взглядом. - Я говорю сейчас о Лоргаре, одном из примархов Императора и предателе своего отца. Именно он написал Ликтицио Дивинитатус, основу культа Императора и нашей религии.
- Не может быть! - тихо прошептала Симона. Она снова вскочила со стула. - Это все ложь!!! - В уголках ее глаз стояли слезы.
- Это самая страшная тайна Инквизиции. - Произнесла твердо Джоана. - И это правда.
- Нет!!! - Канониссе захотелось рвать и метать, срочно убить кого-нибудь.
Хват встал и подошел к ней, схватив за плечи, но женщина задергалась в его руках, колотя кулаками в перчатках по его броне.
- Отпусти меня, мерзкий еретик!!! Мутант! Урод! Исчадие варпа! Тупой огрин!! - Симона плакала и кричала, но стены комнаты были толстыми и не пропускали ни звука.
- Успокойся. - Просто сказал огрин. - Сестра, есть какое-нибудь успокоительное?
Стефания будто очнулась от сна.
- Я сейчас сбегаю. - Подорвалась она.
- Не нужно. - Инквизитор подошла к канониссе и вколола ей в шею лекарство. - Ей нужно поспать - обычно истово верующие никогда не желают принять правду. А что касается тебя... - Джоана посмотрела на огрина, - будешь ли ты продолжать сражаться за Империум или предашь его?