- Сравнять их с землей!! - кричал он, самолично наводя орудие. Автомат заряжания каждые три секунды подавал снаряд, а майор словно услыхал этот призывной клич огринов и сам вел себя слишком возбужденно.
Гвардейцы как-то поняли, что победят и поднялись все как один - комиссару даже не пришлось отдавать команду. Марш сам бежал впереди всех, размахивая своим цепным мечом, разчленяя подвернувшихся под руку мутантов и еретиков, которые предпочли давить на огринов - похоже командующий хаоситов сообразил, что они будут у него занозой в заднице и в первую очередь старался уничтожить именно их. Войска Хаоса подставили свой бок и Марш ударил в него - солдаты стреляли как на учениях четко и метко, минометчики посылали в самую гущу еретиков мину за миной, оторванные конечности, уродливые тела и клешни с лазганами против стабберов, автопушек и болтеров - все смешалось в кучу. Полковник Конот пытался командовать в этой какофонии боя, но быстро понял, что люди как будто сошли с ума - они рвались в битву словно кто-то подталкивал их и побеждали - войска хаоса стали сдавать, их постепенно окружали и на передовой рубился Хват со своими огринами. А когда на посадку зашли четыре челнока с сестрами битвы и два из них сели возле гаубиц, то полковник понял, что они не только выдержат, но и размажут еретиков, выкинув с этой планеты или же перебьют всех.
Хват с хрустом вонзил свой топор в башку мутанта, который даже не попытался сопротивляться, после чего оглянулся. Он стоял посреди тел в компании таких же как он перемазанных чужой кровью и кишками родичей, причем все улыбались. Не блаженными идиотскими улыбками, а людей, которые сейчас проделали очень важную и нужную работу и теперь с чистой совестью могут идти отдохнуть. Хват посмотрел на лезвие своего силового оружия - кровь на нем не держалась и стекала вниз. Он деактивировал поле и теперь лабрис превратился в обычный топор. Огрин сунул его в чехол за спину и повернулся к канониссе, которая тоже билась рядом с ним, используя одновременно болтер и свой меч - Хват так не умел, поэтому стоило бы научиться. Он мог стрелять и махать топором, но вот так ловко перезаряжать оружие и в то же время атаковать противника как это делала хрупкая на вид женщина не получалось. Он и сейчас сунул оружие в кобуру, предпочтя использовать только лабрис, потому что так было привычнее и удобнее, да и хаоситов, вооруженных лазганами было не так уж и много - в основном мутанты с клешнями и эти мерзкие бабы, которые ловко влезают в мозги.
- Кажется, на сегодня мы закончили. - Произнес он, обращаясь к канониссе. - Нужно сжечь трупы, чтобы не было заразы.
- Сестры этим займутся. - Кивнула та, отключая свое оружие и вкладывая его в ножны, после чего посмотрела на Хвата. - Что это было?
- Что? - не понял тот.
- Ты заревел и все остальные подхватили твой вопль, а потом вы кинулись в атаку как сумасшедшие. Зачем?
- Не знаю. - Пожал плечами тот. - Так было правильно.
- Правильно? - удивилась канонисса.
- Ну да. - Кивнул он. - Не ударь мы внезапно, то нас бы растоптали, навалившись. Просто я ощутил, что надо сделать именно так и не иначе. - Хват посмотрел на идущего к нему Гору, который также как и все был покрыт чужой кровью. - Извините, мне надо заняться отрядом. - Он приложил палец к виску и поспешил к командиру.
- Наши потери? - тут же осведомился Хват.
- Немного. - Гора словно отмахнулся. - Это была славная битва, достойная упоминания за костром, сидя дома вместе с родичами, но я пришел говорить не об этом. - Великан склонил свою голову. - Я убил Болтушку. Своими руками. - Огрин посмотрел на Хвата. - Он был из твоего рода, это должен был сделать ты, но ты был занят и звать тебя я не решился. Прости меня, брат. - Гора опустился на колени.
- Встань. - Спокойно произнес Хват. - Почему ты это сделал?
- Он начал меняться. Так, как показывал комиссар на движущихся картинках. - Покаялся Гора. - В него вселился демон, вскоре он стал бы как они. - И ткнул пальцем в мутантов.
- Болтушка оказался псайкером? - спросил Хват и Симона, которая слушала их тарабарщину, поняла только это слово и сразу же насторожилась.
- Комиссар сказала именно это слово.
- Что ж, Болтушку нужно сжечь отдельно от остальных, пускай он вернется на второй круг и проживет свою жизнь с честью, чтобы присоединится к мастерам Небесного Кузнеца. Будем считать, что ему просто не повезло. - Хват говорил как огрины, потому что был одним их них. Он доверился этому народу, принял их уклад очень давно и не пожалел. Единственное, что у него осталось из прошлой жизни - это обрывки знаний и военный опыт, который он старался применять как можно чаще, чтобы его воины и родичи выжили на этой войне. - Для остальных сложим большой погребальный костер.
- Здесь нет горючего камня. - Пожаловался Гора. - Это будет сложно сделать.
- Здесь есть кое-что другое. - Хват подмигнул. - Используем технологии имперцев, они тоже должны сослужить нам хорошую службу.
- Хват! Тебя вызывает старший офицер! - к огрину подбежала небольшого роста человеческая девушка, в которой Симона с удивлением для себя узнала комиссара. Неизменная фуражка колоритно соседствовала с имперской броней, можно было подумать, что это солдат напялил на себя часть униформы комиссара, но нет, девчонку выдавала выправка, характерные для учеников Схолы движения и манеры. Уж Симона в этом кое-что понимала, так как сама восемь лет провела в Схоле, обучаясь искусству битвы под надзором опытных сорориток. Неужели этими громилами командует эта кроха, подумала она. Девушка была хоть и мелкой, но тоже успела поучаствовать в бою - ее форма и защитные броневые пластины были запачканы кровью, но сама она на вид выглядела целой, чего не скажешь о многочисленных порезах, оставленных демонеттами на огрине. - Ты ранен!! - вскричала комиссар. - Скорее к медику!!
- Погоди, Кнопка, не кричи. - Притормозил ее Хват и Симона удивилась еще больше - этот громила обращался к комиссару как к равному. Это очень и очень странно. - Сейчас вместе пойдем. Гора. - Обратился он к командиру второго взвода. - Подсчитай потери, соберите родичей и сложите их там. - Хват указал на чистый от трупов пригорок, обрыв, под которым делала поворот река.
- Хорошее место. - Согласился с ним огрин. - Мы все сделаем, иди, получай свою порцию тумаков за нас. - Гора хлопнул Хвата по спине и, довольно ухмыляясь, ушел.
Симона решила присоединиться к сладкой парочке - комиссарше, которая ростиком едва дотягивала огрину до пупка и громиле, который был ранен, но совершенно не обращал внимания на множество порезов. Канонисса прислушалась к разговору, который вели между собой человек и огрин.
- Я не смогла с тобой связаться - что случилось? - Эмилия мельком взглянула на высокую сестру битвы, в которой с удивлением узнала канониссу - расположение лилий на броне и характерная татуировка возле левого глаза выдавали в ней командира, хотя она и не носила знаков отличия, а на спине, вместо символа ордена, красовался реактивный ранец, который был поврежден в бою. Канонисса была высокой женщиной, но не дотягивала целой головы до роста Хвата. Похожа на ту дылду, подумала Эмилия, косясь на сестру битвы, внутри нее сама собой зародилась неприязнь.
- Рация сломалась. - Ответил Хват. - Я ее выбросил.
- Мог бы взять у того, у кого она работала - ты командир, ты должен командовать отрядом, а не лезть в самую гущу битвы.
- Я и командовал, ты что, не слышала? - усмехнулся тот.
- Это ты про свой вопль? - Эмилия нахмурила брови. - Мне на секунду показалось, что возникло какое-то сумасшествие в ваших рядах - вы все действовали как один, одновременно пошли в бой и победили. Даже меня чуть-чуть зацепило, я прямо ощутила вашу сплоченность. - Комиссар вопросительно смотрела на Хвата, ожидая ответов.
- Это было не сумасшествие, а связь родов. - Хват посмотрел на Эмилию. - Под этот боевой клич наши предки когда-то ходили в битву, я его просто вспомнил.
- Как это вспомнил?
- Вот так. - Пожал плечами огрин. - Он словно всегда сидел во мне, в моей памяти, - он вдруг задумался, - странно... я ведь... но как?... хм, странно.