ин из их компании — чернокожий вампир Лоран. Он рассказал нам, что это далеко не первая для Джеймса охота на вампира — когда преследовать людей стало для него слишком скучно, он переключился на себе подобных. Ищейка оказался полным отморозком, ищущим опасности. Но, решив противостоять нам, Джеймс, по мнению Лорана, перешёл уже все мыслимые и немыслимые границы разумного. Поэтому он плюнул и покинул своих «товарищей». Более того, решил нас предупредить. И он поведал много полезного. Итак, Джеймс был помешан на охоте, в том числе — на вампиров. Он любил устраивать всяческие ситуации, ловушки для своих жертв, издеваться над ними. И он был очень опасным бойцом. Лоран говорил, что как-то он в одиночку справился с тремя противниками-вампирами одновременно. А ещё у него была острая интуиция, благодаря которой он мог чувствовать и предугадывать шаги своих жертв. Как позже выяснилось, у него каким-то образом получалось скрывать свои планы от предвиденья Элис — сестра видела лишь какие-то бессвязные, быстро сменяющие друг друга обрывки. А ещё была его рыжая подружка — Виктория. У неё имелся дар чувствовать угрозу собственной жизни. Этот её дар, по идее, должен был бы отвадить её от такого, как Джеймс… но Виктория была, по словам Лорана, совершенно очарована силой ищейки. Она считала, что тот неуязвим, и чувствовала себя такой же рядом с ним. А тот и рад был, используя талант вампирши в своих играх. За оказанную услугу мы удовлетворили любопытство Лорана о цвете наших глаз и нашей невероятной, по меркам обычных вампиров, многочисленности. Карлайл также поделился с ним, что нам известен ещё один клан, ведущий подобный образ жизни — Денали. И там есть три одиноких «сестры». Я видел в мыслях кочевника, что он крайне заинтересовался всем этим и решил попытать счастья с вышеозначенным кланом. Уж не знаю, добьётся он каких-либо успехов на пути «вегетарианства», но внутри пожелал ему удачи. Так вот, даже несмотря на всё сказанное Лораном, мы недооценили угрозу в лице Джеймса. Да, мы старались держаться вместе и ожидали нападения этих двоих, так как сами на них выйти и напасть первыми не могли. Но этого оказалось недостаточно… Спустя две недели мы вышли на охоту. Голод ослаблял нас, и больше ждать мы не могли, иначе стали бы слишком уязвимыми. Старались далеко друг от друга не отходить. Но во время охоты разум отходит на второй план, инстинкты берут над нами верх… Элис увлеклась погоней за оленем и отошла слишком далеко от нас. Я сам в этот момент пил чертовски вкусную пуму, и не заметил этого. Пришёл в себя только тогда, когда услышал на границе своего «ментального радара» её крик о помощи. Джеймс напал на неё, но провидица пока что держала оборону, хотя и с огромным трудом. Я рванул к ним, попутно во всё горло проорав остальным бежать за мной. Не знаю, услышал ли меня кто-то из них… Я был уже буквально в десятке метров от дерущихся, когда меня что-то ударило в бок, отправив в недолгий полёт. Извернувшись в воздухе и приземлившись на ноги, я увидел напротив себя ухмыляющуюся Викторию. Как я проворонил её мысли?.. — Извини, красавчик, — промурлыкала рыжая, — но я не позволю тебе помешать игре моего любимого. Я с рыком бросился на неё, не тратя зря слов. Но та оказалась неожиданно крепким препятствием — дралась отлично, почти что не думая о своих действиях, чисто на рефлексах. Будь я спокойней, может, и одолел бы её — но трезвости ума мешали панические мысли Элис. Я уже почти нащупал брешь в обороне рыжей суки, когда услышал тихий скрежет, который трудно с чем-либо спутать. Краем зрения я уловил, как рука ублюдка сомкнулась на шее сестры. Это отвлекло меня всего на мгновение, но Виктория успела этим воспользоваться, текучим движением оказавшись за моей спиной и взяв меня в захват. До трещин сдавив моё горло, она лишила меня возможности как-либо сопротивляться. Я мог лишь беспомощно наблюдать, как Джеймс приподнял ещё хоть и слабо, но брыкающуюся Элис на уровень своего лица. — Долго же ты скрывалась от меня, малышка, — с мерзкой ухмылкой произнёс он. — Ты, конечно, ни в чём не виновата… Но, видишь ли, у меня есть одно правило — я никого не упускаю. И не могу тебе позволить стать тем самым исключением, что это правило подтве… Внезапно он осёкся. Его лицо на мгновение приняло крайне напряжённый вид, а затем стало совершенно диким — в глазах легко читалась жажда крови. Джеймс повернулся в сторону и утробно зарычал. Затем, отбросив сестру, подался в ту сторону, куда смотрел. Похожий рык донёсся из-за моей спины, после чего пальцы, сжимающие моё горло, разжались, и я ничком упал лицом в землю, чувствуя, как начала срастаться шея. На восстановление ушло чуть больше секунды, после чего я резко подскочил на ноги… Увиденная картина была… странной. Оба наших врага лежали на земле, в странных позах, будто застыли набегу… да так и упали. В их мыслях плескалась, самая что ни на есть, паника. Они не понимали, почему не могут пошевелиться. Эта паника стала ещё больше, когда те поднялись с земли и встали по стойке «смирно», при этом чувствуя, что их тела всё ещё им не принадлежат. Постойте… не может быть… — Надо же, получилось… — тихо сказал до боли знакомый голос. Я резко развернулся к его источнику. В пяти шагах от меня стояла та, кого я уже и не чаялся увидеть. Изабелла Свон. После нашего до жути странного разговора в лесу она исчезла. Буквально. В Форксе все забыли о её существовании, как она и сказала. Все, кроме нашей семьи. Вероятно, эта её способность на вампиров не распространялась. Элис вообще не видела Изабеллы в своих видениях, так что о том, что я не сдержался и утащил девушку в лес, она не узнала. Остальные — тем более. Так что семья пребывала в полнейшем недоумении касательно испарившейся так же неожиданно, как и появившейся, дочери шерифа, а также массовому склерозу в её отношении. Все, кроме меня. Конечно, они заметили это — первую очередь, Джаспер. Последовали закономерные расспросы. Но я лишь честно ответил, что не могу ничего рассказать, так как тайна мне не принадлежит. Джас и Эммет сперва подумали, что я схарчил мисс Свон и боюсь в этом признаться, но потом здраво рассудили, что у меня нет умения править чужие воспоминания… тем более, целому городку. В общем, родственники некоторое время подозрительно косились на меня, но всё же поверили моим заверениям, что нам ничего не угрожает. Я почему-то верил, что Изабелла своё слово сдержит. И вот, эта кое-что поведавшая о себе, но всё ещё весьма таинственная особа стояла напротив меня и криво усмехалась. Хотя в карих глазах я увидел какую-то странную мешанину чувств — затруднительную для идентификации, но совершенно точно не вяжущуюся с насмешливым выражением её лица. Внезапно до меня дошло — она только что спасла нас с сестрой! — Спасибо, — просто сказал я. Усмешка с лица девушки пропала, и она отвела взгляд. Затем открыла рот, собираясь что-то сказать… но её перебили. — Что происходит? Кто… — Элис, о которой я даже как-то успел позабыть, подошла к нам. Она сначала обращалась ко мне, но осеклась, посмотрев на новое действующее лицо. — Погоди… ты же пропавшая дочь шерифа! — тут она заметила стоящих по струнке Джеймса с Викторией. — Что с ними такое? Это… это ты сделала?.. — теперь провидица была поражена. — Элис, ты как? В порядке? — это было как заботой, так и попыткой перевести тему примерно в равной степени. — Да в порядке я, в порядке, — отмахнулась Элис, будто это не её только что чуть не убили. — «А ты не выглядишь удивлённым… хм…» — подумала она, окинув меня долгим, пристальным взглядом. — Эдвард, — голос Изабеллы снова заставил меня чуть вздрогнуть. Я реагировал на него как-то уж больно остро… — вы ведь не собираетесь оставлять этих двоих в живых? — Нет, — ответил я. Даже Карлайл, хоть и с неохотой, признал, что кочевников придётся уничтожить. И я уже догадывался, почему она спрашивает. — Тогда подержи, пожалуйста, Викторию, пока я разберусь с Джеймсом. На всякий случай, — попросила девушка. При этом рыжая легла на землю лицом вниз и заложила руки за спину. В её мыслях царил ужас — она осознала, что сейчас с её парнем сделают что-то очень нехорошее, но помешать этому не могла. Я, чуть помедлив, присел рядом с ней и крепко заломил руки вампирши. Жаль мне её не было от слова «совсем» — сама виновата, что напала на нас вместе с этим психом. Изабелла же подошла к Джеймсу. Секунду с ухмылкой смотрела на него, затем поманила пальчиком к себе. Тот наклонился и чуть повернул голову вбок. Его мысли при этом не были испуганными, скорее… восхищёнными. Как ни странно, он не боялся происходящего — просто признавал, что встретил кого-то себе не по силам. Чёрт, точно полный отморозок… Девушка ухмыльнулась шире, после чего положила руки ему на плечи (в этот момент меня кольнуло какое-то странное неприятное чувство) и… припала к его шее. Я отчётливо слышал скрежет кожи вампира под её зубами. А затем в каком-то трансе наблюдал, как она пьёт. Как тихо постанывает и поскуливает от удовольствия после каждого глотка, как сокращается её горло… Она пила его, как вампир — человека. Мысли самого ищейки при этом ворочались всё медленней и неохотней, а глаза… глаза с каждым глотком Изабеллы бледнели. Красный цвет становился всё более тусклым, радужка будто подёрнулась белёсой пеленой…