– Водопад уже совсем близко. Слышите, как шумит вода?
Колин почувствовала себя неуютно и даже немного заволновалась перед входом в небольшой зал пивной «Пини Грин», где у нее была назначена встреча с Рэнди Хокинсом.
«Так, наверное, чувствуют себя преступники, собирающиеся на сходку», – усмехнувшись, подумала она.
Незадолго до этого у нее состоялся долгий телефонный разговор с Рэнди Хокинсом, во время которого Колин безуспешно пыталась убедить его принять ее у него дома, но он оставался непреклонен. Только на нейтральной территории, желательно там, где их не увидят какие-нибудь случайные знакомые. Он утверждал, что около его дома ее обязательно заметят соседи, и это вызовет ненужные пересуды и кривотолки.
Но Колин прекрасно понимала, чего именно опасается Рэнди Хокинс. Он боялся, что кто-нибудь проведает о том, что к нему приехала адвокат из Литл-Рок, и свяжет ее визит с недавней травмой Рэнди. В общем, его страхи были Колин понятны, тем более что и она сама хотела сохранить в тайне их встречу. То-то будет Джасону Траску приятный сюрприз, когда он узнает о том, что против него снова возбуждают уголовное дело! Но это, вернее всего, произойдет не скоро, а пока Колин надо было подробно побеседовать с Рэнди и детально расспросить его об обстоятельствах получения травмы и о ее последствиях.
Они условились встретиться в пивной «Пини Грин», находящейся в четырех милях от города, и теперь Колин, стараясь не привлекать любопытных взглядов, входила в небольшой полутемный зал, пропахший дымом дешевых сигарет и пивом. Колин быстрым шагом прошла между столиков и остановилась в дальнем конце зала, где столы были отделены друг от друга деревянными перегородками. Она села и быстро огляделась. Посетителей в пивной почти не было. Рабочая смена на заводе, где большинство из них трудилось, заканчивалась в половине пятого вечера, и Колин ожидала Рэнди Хокинса в пять часов.
Помещение пивной было темным, густой табачный дым плавал под низкими сводами потолка, из проигрывателя-автомата доносилась негромкая музыка. Обстановка была самая непрезентабельная, обшарпанная мебель когда-то знавала лучшие времена.
Подошла официантка с усталым, тусклым взглядом и приняла заказ. Колин попросила кружку пива и сразу же заплатила по счету, чтобы потом снова не подзывать официантку. Чем меньше она обратит на себя внимания, тем лучше.
Ожидая появления Хокинса, Колин принялась перебирать в уме все сведения, которые ей удалось получить из местных газет. Она полдня провела в библиотеке, листая подшивки газет, делая необходимые выписки, анализируя факты и просто местные сплетни. Итак, Рэнди Хокинс был не единственным рабочим на заводе, принадлежавшем Траску, который в последнее время получил серьезную производственную травму. Неисправные механизмы являлись причиной сломанных рук и ног рабочих, и однажды, несколько лет тому назад, один рабочий даже умер от тяжелейших переломов.
Вывод Колин Роббинс был однозначным: Джасон Траск щедро подкупает проверочные комиссии, и те с готовностью закрывают глаза на многочисленные грубые нарушения, творящиеся на его заводе. А это уже подсудное дело не только в границах округа, но тянет на разбирательство в штате!
Отворилась входная дверь, и в пивную вошло несколько мужчин. Колин внимательно посмотрела на них и мгновенно определила, что один из мужчин – Рэнди Хокинс. Он двигался медленно, осторожно, видимо, каждый шаг причинял ему боль.
Рэнди Хокинс отделился от группы посетителей и, прихрамывая, подошел к столику Колин. Сел напротив и сделал приглашающий жест своему спутнику. Он представил брата Билла, и они выжидательно посмотрели на нее.
Накануне Колин успела переговорить не только с Рэнди, но и с его братом, поэтому он решил тоже прийти на встречу.
– Хотите что-нибудь выпить, мистер Хокинс? – предложила Колин, подозвав официантку.
Тот отрицательно покачал головой.
– Нет, теперь мне пришлось отказаться от выпивки, – ответил он. – Я постоянно принимаю лекарства, которые несовместимы со спиртным.
– А вы, мистер Хокинс? – обратилась Колин к Биллу.
– Если не возражаете, я пропустил бы кружечку пива, – немного смущенно отозвался он.
Колин заказала кока-колу для Рэнди, пиво для Билла, дождалась, пока официантка принесет заказ и уйдет, и потом уже начала разговор.
– Итак, мистер Хокинс, – сказала она, обращаясь к Рэнди, – вы обдумали мое предложение?
По телефону она подробно изложила ему сложившуюся ситуацию, разъяснила его гражданские права и долго убеждала в том, что справедливость должна восторжествовать. Она напоминала ему о жене и детях, которых надо содержать, и о неутешительных перспективах восстановления его здоровья. Колин очень надеялась, что Рэнди Хокинс поступит разумно и примет ее предложение, согласится, чтобы она защищала его права в суде. Но он осторожничал, отвечал уклончиво, ссылаясь на то, что в Фолл-Ривер добиться справедливости нереально. Потом он немного осмелел, заговорил о семье Траск, формально и фактически управляющих городом, о беспринципности местных судей и о бессмысленности судебного разбирательства. Колин отлично понимала его настрой, но тем не менее все-таки ей удалось уговорить его прийти и обсудить ситуацию при личной встрече.
– Да, я все обдумал, – ответил Рэнди и сделал несколько глотков кока-колы. – Вот только, миссис Роббинс, мне не совсем понятно: вам-то зачем все это? Вы, насколько я понял, известный адвокат в большом городе, у вас много богатых клиентов, но ведь я-то – простой человек, и у меня нет денег нанять вас. Почему вас заинтересовало именно мое дело?
– Хороший вопрос! – улыбнулась Колин.
Она заранее предвидела его, поэтому еще накануне подготовила убедительный и, в общем, искренний ответ.
– Мой отец тоже был адвокатом, – начала Колин. – Он славился своим умением вытягивать самые, казалось бы, сложные и безнадежные дела. У него, как и у меня, было много клиентов, щедро оплачивавших его услуги. Но отец брался защищать и простых людей, которые не в состоянии были заплатить ему большую сумму.
Колин замолчала, погрузившись в воспоминания. Да, Гарри Бейкер сам взялся защищать Такера Колдуэлла, парня из бедной семьи. Никто не хотел связываться с семьей Хендерсон, занимавшей влиятельное положение в Файет. Благородный порыв отца был ей понятен, но, к сожалению, было понятно и то, что на определенном этапе судебного разбирательства отец пошел против своей совести, позволил себя запугать, и в результате несчастный Такер Колдуэлл получил по приговору двадцать пять лет тюремного заключения. Гарри Бейкер сполна заплатил за свое малодушие и сговорчивость, и его дочь Колин до сих пор продолжает за это платить. Но остался человек, которому все сошло с рук. Этот человек – Джасон Траск, и Колин очень надеется, что в ближайшем будущем он тоже заплатит за свои преступления. И в том числе за смерть ее отца.
– Я хочу продолжить благородное дело отца и защищать бедных людей, попавших в беду, – продолжила она, и это было правдой. – Я хочу взяться за ваше дело и потому, что в вашем городе царит беззаконие, и кто-то должен доказать людям, что справедливый приговор не зависит от толщины кошелька клиента.
Рэнди скептически усмехнулся.
– Вы, правда, рассчитываете выиграть дело в суде, миссис Роббинс? – спросил он.
– Пока я не могу дать никаких гарантий относительно его исхода, – честно призналась Колин, – но поверьте мне как адвокату с большой практикой: дела, связанные с травматизмом на производстве, всегда имеют неплохой шанс на успех, мистер Хокинс.
– Но если дело будет возбуждено, оно будет слушаться в Фолл-Ривер? – уточнил Рэнди.
– Да, конечно!
– Боюсь, миссис Роббинс, вы не совсем представляете себе нашу ситуацию! – возразил Рэнди. – Вы не знаете, что значит жить и работать в Фолл-Ривер!
– А вы расскажите мне, чтобы я могла составить правильное мнение, – предложила Колин.