– До меня дошли слухи, что вас освободили досрочно, и я решила повидаться с вами, мистер Колдуэлл.
– Вы специально из-за меня приехали из Литл-Рок? – удивился он.
– Нет. У меня дела в Фолл-Ривер, заодно я решила встретиться и с вами.
– А кто вам сообщил, что меня досрочно выпустили из тюрьмы? – насторожился Такер.
– Мне сказал об этом Трэвис Макмастер.
– А… начальник полиции! – нахмурившись, кивнул Такер.
– И друг Кейт Эдвардс, – добавила Колин Роббинс.
– Вы знаете Кейт? – обеспокоенно спросил Такер.
– Нет, лично мы незнакомы, мне рассказывал о ней Трэвис Макмастер. Кстати, он мне и сообщил, что у Кейт появился новый приятель – вы.
– Так это Макмастер вас сюда прислал? Он что же, думает, что если вы – дочь моего бывшего адвоката, то это дает вам право вмешиваться в наши с Кейт отношения?
– Мистер Колдуэлл, успокойтесь, я приехала сюда по собственному желанию! – примирительным тоном произнесла Колин.
– Зачем?
– Я… хочу извиниться перед вами за поведение моего отца во время судебного разбирательства.
От неожиданности Такер замер. Извиниться? На днях Кейт просила у него прощения за свое поведение, теперь эта дама-адвокат… Как реагировать на ее слова?
– За что именно? – сухо спросил он.
– Когда вас арестовали, мой отец сам вызвался вести вашу защиту и искренне верил в то, что ему удастся добиться для вас максимально легкого наказания, – торопливо начала объяснять Колин.
– И что же дальше?
– А дальше… в силу разных обстоятельств он изменил своим принципам и выстроил защиту таким образом, чтобы удовлетворить требования потерпевшей стороны, то есть Хендерсонов. Суд превратился в пустую формальность, в насмешку над справедливостью! Ваша защита велась плохо и заведомо невыгодно для вас, мистер Колдуэлл! Если бы не это, вы могли бы получить значительно меньший срок!
Такер молчал, пораженный ее словами. А он-то всегда с уважением думал о своем адвокате, верил каждому его слову, думал, что тот делает все возможное для облегчения его участи! И когда был оглашен приговор, по которому Такер должен был провести в тюрьме двадцать пять лет, он не только не ужаснулся, наоборот, он благодарил своего адвоката Гарри Бейкера за то, что тот сумел избавить его от смертной казни!
А теперь… эта женщина, дочь адвоката, сама адвокат, утверждает, что все могло быть по-иному!
– Если все, что вы говорите, правда, то почему же ваш отец не захотел сам приехать ко мне и извиниться?
– Он умер. Знаете, мистер Колдуэлл, не судите его слишком строго! Он был действительно хорошим адвокатом, много раз выручал людей из беды, и… после случившегося с вами он… покончил с собой. Через три месяца после суда.
Итак, он, Такер Колдуэлл, отсидел в тюрьме по милости своего продажного адвоката намного лет больше, чем мог бы, а тот, не вынеся мук совести, свел счеты с жизнью… Предав интересы своего клиента, Гарри Бейкер предал и самого себя.
Такер не знал, как ему отнестись к сообщению этой молодой женщины. Высказать вслух неодобрение прошлым некрасивым поступком ее отца или промолчать, сделав вид, что ему это безразлично? Да и как он, убивший человека, может судить других?
– Почему он так поступил? – вдруг спросил Такер. – Семья Хендерсон угрожала ему или хорошо заплатила?
– Насколько мне известно, дело не в деньгах, его начали шантажировать. Отец намекнул об этом в своей предсмертной записке. Джасон Траск узнал что-то… неприглядное о его прошлом и стал угрожать обнародовать эти факты.
– Траск… Вы сказали, Джасон Траск? – изумленно произнес Такер. – Ваш отец упомянул его имя в предсмертной записке?
– Мне достоверно известно, что именно Траск повлиял на ход судебного процесса, – ответила Колин. – Однажды, когда слушания только начались и отец был полон решимости доказать, что убийство Хендерсона – непреднамеренное и произошло в результате рокового стечения обстоятельств, к нему в офис пришел Джасон Траск. Они недолго поговорили, и с того дня отца словно подменили. Он выбрал наиболее невыгодную для вас, как для клиента, линию защиты и придерживался ее до окончания суда. А результат вам известен! Вы получили двадцать пять лет как за преднамеренное убийство, совершенное с особой жестокостью.
Такеру трудно было поверить в услышанное.
– Еще раз прошу у вас извинения за своего отца! – Голос Колин Роббинс вывел Такера из задумчивости.
Он рассеянно взглянул на нее и пробормотал:
– Да ладно, что теперь говорить.
– Нет, Такер, вы должны были обо всем этом узнать! – убежденно произнесла Колин. – Вы должны знать, что вас обманули и предали!
– Все в прошлом, и не стоит об этом вспоминать!
– Если бы в моих силах было изменить ход событий…
– Вы бы ничего не смогли сделать! – воскликнул Такер. – Вы же сами много лет жили в Файет и знаете, какой властью обладают Хендерсоны! Уверен, даже если бы ваш отец не поддался на шантаж и защищал меня по всем правилам, все равно суд приговорил бы меня к максимальному сроку наказания! Присяжные не осмелились бы идти против воли семейства Хендерсон!
«Так же, как и в Фолл-Ривер, где суд открыто встал на защиту насильника!» – угрюмо подумал он.
Колин некоторое время молчала, а потом, мягко улыбнувшись, произнесла:
– Вы – великодушный человек, Такер!
– Дело не в этом, – слегка смутившись, ответил он. – Шестнадцать лет, проведенных в тюрьме, все равно не вернешь, поэтому и не надо больше об этом вспоминать, миссис Роббинс. А Хендерсона и вашего отца тоже назад не вернешь.
«А вот мерзавец Траск живет на этой земле и умирать не собирается! – со злостью подумал он. – Кейт права, он заслуживает наказания! Смерти…»
Колин достала из сумочки визитную карточку и подала ее Колдуэллу.
– Если вам понадобится помощь, Такер, не стесняйтесь, обращайтесь ко мне, я сделаю все, что в моих силах! – искренне сказала она.
Такер молча взял визитную карточку и кивнул. Действительно, мало ли что может случиться… А знакомство с хорошим адвокатом, да еще испытывающим вину за прошлые поступки своего отца, всегда пригодится.
– Если вы приедете в Литл-Рок и вам будет негде остановиться, смело звоните мне, – продолжила Колин. – Я всегда вам помогу!
Она хотела что-то добавить, но в этот момент раздался шум двигателя. Такер и Колин обернулись и увидели, как Кейт ставит машину между грузовиком и «Мустангом». Такер неожиданно для себя подумал, что было бы лучше, если бы Кейт приехала немного позднее и не встретилась бы здесь с дамой-адвокатом. Но Кейт, держа в руках пакет с продуктами, уже шла по дорожке к дому, и на ее лице были написаны удивление и растерянность.
– Добрый день! – неуверенно произнесла она, переводя взгляд с Такера на молодую женщину.
– Кейт, познакомься, это – Колин Роббинс! – сказал Такер, сделав жест рукой в сторону дамы-адвоката.
Кейт удивленно подняла брови, несколько секунд молча смотрела на Колин, а потом спросила:
– Вы – адвокат из Литл-Рок?
На секунду Такеру показалось: Кейт не поверила ему и думает, что эта женщина – Нелли. Господи, как глупо!
– Похоже, о моем визите в Фолл-Ривер известно всему городу! – улыбнувшись, ответила Колин и протянула Кейт руку.
– Я не прислушиваюсь к тому, о чем судачат в городе! – немного резко сказала Кейт. – Просто у нас с вами есть общий знакомый.
– Совершенно верно, Трэвис Макмастер. – И, обратившись к Такеру, Колин добавила: – Извините, что отняла у вас столько времени, Такер… – Потом снова взглянула на Кейт: – Было приятно с вами познакомиться. Надеюсь, мы еще увидимся, Кейт!
Колин Роббинс направилась к своему «Мустангу», а Кейт и Такер молча проводили ее взглядами. Когда она села в машину и уехала, Кейт спросила у Такера:
– Кто эта женщина?
– Она же сказала: адвокат из Литл-Рок! – усмехнувшись, ответил он. – А что, у вас возникли какие-то сомнения относительно ее личности?
Кейт ничего не ответила, лишь пожала плечами.
– Вы подумали, что это Нелли?
– Ничего я не подумала!
Ему вдруг показалось, что Кейт немного ревнует. Что ж, это хороший признак, значит, он ей небезразличен! Такер улыбнулся и добавил: