Итак, Колин потерпела неудачу. Судебный процесс никогда не состоится, и ее злейший враг Джасон Траск наказан не будет. Он снова вышел победителем, а она проиграла, как и ее отец много лет назад. Собственно, Колин не переживала бы так болезненно свое поражение, если бы оно не было связано с Гарри Бейкером. Ведь именно из-за Траска отец покончил с собой, не вынеся унижений и позора.
В день, когда Джасон Траск заявился к ней в мотель, Колин все сразу же поняла. Он приехал не просто поговорить с адвокатом из Литл-Рок, собирающимся привлечь его к суду, и попросить не делать этого. Он заранее подготовился к этой встрече, узнав о Колин многое. Выяснил ее девичью фамилию, сообразил, что Колин Роббинс – дочь покончившего с собой адвоката Гарри Бейкера. Траск хорошо помнил суд над Такером Колдуэллом и свою единственную встречу с его адвокатом, после которой тот в корне изменил линию защиты, а вскоре и покончил жизнь самоубийством.
Конечно, известие о самоубийстве адвоката Гарри Бейкера вызвало у Траска лишь холодную усмешку, но никак не сожаление, хотя он и сознавал, что явился причиной его смерти. Теперь настало время платить по счетам, и дочь Гарри Бейкера собиралась предъявить счет Джасону Траску. Колин была полна решимости рассчитаться с Траском сполна. Отомстить за смерть отца и за людей, чьи жизни он разрушил. За Такера Колдуэлла, осужденного по несправедливому приговору суда на двадцать пять лет. За Мэриан Траск, десять лет терпевшую побои, надругательства и унижения. За Кейт, ставшую изгоем в родном городе. За Керри – юную, невинную девушку, чье физическое и психическое здоровье, возможно, никогда не восстановится. За Трэвиса Макмастера – благородного человека и хорошего полицейского, вынужденного, стиснув зубы, терпеть в своем городе мерзавца и преступника Траска, бессильного что-либо предпринять. За всех рабочих завода, получивших тяжелые увечья и травмы и оставшихся практически без средств к существованию. За саму себя. Но главное, за своего отца.
Сегодня вечером Колин Роббинс намеревалась осуществить свой план мести.
Свет в ресторане погас, входные двери распахнулись, и из них вышли четверо молодых мужчин. Они весело переговаривались, смеялись и шумно прощались друг с другом. Через минуту вереница дорогих красивых машин помчалась по направлению к Ридж-Крест.
Колин Роббинс тоже завела мотор, но трогаться с места не спешила. Она не боялась упустить Джасона Траска. Колин знала, куда он поехал, и не хотела, чтобы кто-нибудь заметил ее «Мустанг», преследующий машину Траска и его приятелей.
Когда Колин приведет в исполнение свой план и все будет закончено, она вернется домой. Но не в Литл-Рок, где находится ее квартира и никто там Колин не ждет, и не в мотель, в котором она остановилась в Фолл-Ривер. Она поедет домой, а с некоторых пор дом для Колин Роббинс стал ассоциироваться с Трэвисом Макмастером. Она направится к человеку, которого любит.
Сегодня утром, позвонив Трэвису в полицейское управление, Колин была вынуждена солгать ему, сказав, что ей необходимо съездить в Литл-Рок по делам своей адвокатской фирмы. На самом деле цель поездки в Литл-Рок была иной: Колин нужно было приобрести пистолет – такой, который бы впоследствии не указал на владельца. Со спиленными номерами, незарегистрированный. Если уж ей не удалось поквитаться с Джасоном Траском законным путем, значит, она будет вынуждена пойти на преступление и убить его. Колин, как адвокат, старалась не думать о моральной и юридической сторонах вопроса. Она просто твердо шла к намеченной цели, и ничто не могло ее остановить.
Колин неплохо стреляла, и дома у нее хранился пистолет, но по вполне понятным причинам она не могла воспользоваться им. Ей нужно было надежное и распространенное оружие, и она остановила свой выбор на пистолете двадцать второго калибра. Один ее бывший подзащитный, надежный парень, которого Колин удалось вытащить из тюрьмы, с удовольствием удовлетворил ее просьбу и принес именно такое оружие.
Колин знала, где живет Джасон Траск. В день приезда в Фолл-Ривер она съездила на Ридж-Крест и выяснила, какой особняк ему принадлежит. Разумеется, самый большой, дорогой и красивый.
Колин включила передние фары, сбавила скорость, и через минуту ее машина остановилась перед домом Траска. Ворота были открыты. Колин вышла из машины, миновала массивные металлические ворота и бесшумно направилась к дому. Огляделась: одна дорожка вела к главному входу, другая, боковая, заканчивалась в маленьком, мощенном камнем внутреннем дворике, на который выходили двойные стеклянные двери освещенной комнаты. Окна комнаты не были зашторены, и сквозь них был виден силуэт мужчины, сидящего в кресле с бокалом в руке.