– Или бывших жен, – угрюмо добавил Такер.
– И такое бывает, – уклончиво промолвил старый Бен.
Конечно, старик прав, намекая, что Траска убил кто-нибудь из хорошо знакомых ему людей. Он заслужил смерть, кто-то из обиженных им людей не выдержал и лишил его жизни.
– Предварительные слушания назначены на сегодняшнее утро, – продолжил Такер. – Судья категорически отказывается выпустить Кейт под залог до окончания следствия. Скажи, Бен, разве это справедливо?
– Нет, конечно.
– А ты знаком с Мэриан Траск?
Бен покачал головой:
– Нет, я знал ее отца. Он был большой любитель выпить, эта страсть и свела его в могилу. Его вдова Патриция – хорошая женщина. Всю жизнь упорно трудилась, пытаясь содержать дочь и пьяницу-мужа.
– Я вот только не пойму, Бен, – задумчиво произнес Такер. – Как Мэриан, совершив убийство, может спокойно жить, зная, что за совершенное ею преступление обвинили другого человека?
– Как? – усмехнулся Бен. – Да очень просто! Таких людей много, и угрызения совести их не мучат. А ты не пробовал поговорить с Мэриан?
– Нет, но думаю, что следует.
– Поговори с ней, Такер, хотя я не уверен, что ваша беседа принесет пользу. – Бен прикрыл глаза, долго молчал, а потом произнес: – Передай мисс Кейт, что я буду за нее молиться.
Такер кивнул, но старик, сидевший с закрытыми глазами, этого не увидел. Такер вернулся к своему грузовичку, сел в кабину и включил мотор. Бен посоветовал поговорить с Мэриан? Что ж, он прислушается к словам мудрого старика. Может быть, удастся усовестить Мэриан, и она во всем признается.
Такер остановил машину около первой же телефонной будки, раскрыл телефонную книгу и принялся искать нужный ему адрес. Странно, Марвин Уилсон погиб много лет назад, а домашний адрес и телефон были записаны все еще на его имя. Улица, где жили Мэриан и ее мать, находилась неподалеку, и Такер, сев в машину, поехал туда.
Около дома стояла небольшая красная машина, очень похожая на автомобиль Кейт. Такер усмехнулся, поднялся на крыльцо и позвонил. Через минуту дверь распахнулась, и на пороге появилась Мэриан с бокалом спиртного в руке. На вид ей было примерно столько же лет, сколько Такеру, но в данный момент Мэриан выглядела не лучшим образом. Светлые волосы не причесаны, лицо бледное, измученное, глаза красные, а под ними залегли темные круги. Такер бросил взгляд на полупустой бокал и подумал, что неряшливый вид Мэриан связан не с частым употреблением спиртного, а с постоянным, мучающим ее страхом, неуверенностью в себе и невозможностью принять одно, единственно верное решение.
– Что вы хотите? – спросила она.
– Мэриан? Здравствуйте, меня зовут Такер Колдуэлл. Я хотел бы поговорить с вами.
Услышав его имя, Мэриан нахмурилась:
– О Кейт Эдвардс? В последние дни все желают поговорить со мной о Кейт, даже моя мать.
– Разрешите войти?
Мэриан пожала плечами и посторонилась, давая Такеру пройти в дом.
– Пойдемте в ту комнату. – Она сделала жест в сторону. – Моя мама отдыхает, и я не хочу ее беспокоить.
Они прошли в дальнюю комнату, которая выглядела нежилой. Старая поломанная мебель, какие-то коробки и ящики, сваленные в углу. Мэриан сделала несколько глотков из бокала и, оценивающе глядя в лицо Колдуэллу, проговорила:
– Итак, вы – Такер. Нынешний дружок Кейт Эдвардс. Знаете, а я немного помню вас! Мой отец и ваш дядя были приятелями, точнее, собутыльниками. – Ее взгляд стал твердым, а между бровей пролегла складка. – Но если вы пришли требовать от меня признания в убийстве Джасона Траска, то напрасно теряете время. Мне не в чем признаваться!
– Мэриан, я пришел к вам не за этим, – сказал Такер.
Он окинул взглядом комнату и заметил лежащую на одной из коробок старую пыльную фотографию в потрескавшейся рамке. На ней была изображена юная красивая улыбающаяся светловолосая Мэриан в белом подвенечном платье, держащая под руку Джасона Траска в элегантном черном смокинге.
– Вы ведь любили его? – тихо спросил Такер, кивнув на фотографию.
– Любила, даже очень. – Мэриан горько усмехнулась. – Тот день, когда Траск сделал мне предложение, стал самым счастливым днем в моей жизни, – продолжила она. – Мне казалось, что сбываются все мои мечты: о богатой жизни в роскошном особняке, об удачном замужестве, о любимом и любящем меня человеке… Но очень скоро сказка закончилась, Джасон начал придираться ко мне, стал грубым, заносчивым, а потом и вовсе начал меня избивать за малейшую провинность. – Она снова сделала несколько глотков из бокала. – Траск унижал меня, издевался, и иногда мне казалось, что он когда-нибудь убьет меня в приступе ярости.