Он был зол на весь свет. На Нелли, непродолжительный роман, который стал причиной его размолвки с Кейт. На самого себя, на свою слабохарактерность. На то, что позволил себе приехать к Кейт, провести с ней чудесный вечер, так неожиданно и нелепо закончившийся. На Кейт Эдвардс. Гнев на нее, пожалуй, пересиливал все другие чувства.
Когда Такер проехал большую часть пути, ему в голову внезапно пришла одна любопытная мысль. Если бы с Кейт ничего не случилось полгода назад, стала бы она вообще разговаривать с человеком вроде него? Или даже не удостоила бы его взглядом? Скорее всего она повела бы себя как и большинство жителей Фолл-Ривер, не желающих иметь ничего общего с бывшим заключенным. Да, именно так: как остальные напыщенные, самодовольные, благополучные горожане. Собственно, Кейт к нему так и отнеслась: узнав, что он освободился из тюрьмы, приехала с просьбой убить Джасона Траска! Она заранее была уверена в том, что человек, однажды оступившийся, с легкостью совершит и другое преступление.
Интересно, что теперь она предпримет после его отказа? Найдет другого уголовника? Сама убьет Джасона Траска? Или запишется на прием к психотерапевту, как обещала ему несколько дней назад?
Неожиданно Такера охватила досада на самого себя. Он судорожно сжал руль и стиснул зубы. Сколько можно думать о проблемах чужих людей? Ведь, в сущности, Кейт Эдвардс – чужой человек. Их пути случайно, на очень короткое время, пересеклись, а потом снова разошлись в разные стороны. Это и к лучшему. Ни во что серьезное их отношения не смогли бы перерасти. Ни в дружбу и уж тем более в любовь.
Такер понимал, что ему надо успокоиться, взять себя в руки и навсегда забыть о Кейт и ее проблемах. А также забыть о старом Бене Джеймсе, уговорившем его встретиться с Кейт. Будь он трижды неладен, этот хитрый старик!
Он, Такер Колдуэлл, никому ничем не обязан. Ни Кейт Эдвардс, ни старику Бену. Его семья всегда отличалась независимостью. Мать, равнодушно относившаяся к сплетням в свой адрес. Брат Джимми, презирающий условности и живущий так, как ему нравится. И он, Такер, тоже будет свободным и независимым. И какое ему дело до мнения окружающих, если оно для него ничего не значит?
Над городом уже сгустились сумерки, когда машина, за рулем которой находилась Мэриан Траск, наконец миновала дорожный указатель: «Добро пожаловать в Фолл-Ривер!» Мэриан не предполагала, что сборы займут столько времени, и рассчитывала приехать в родной город днем. Сначала ей пришлось долго объясняться с хозяином дома, потом она упаковывала вещи и грузила их в машину. Дорога до Фолл-Ривер заняла свыше четырех часов, потому что Мэриан вела нагруженную машину на малой скорости.
Вот, наконец, она и дома. Пять месяцев Мэриан Траск не видела родного города, не проезжала по его улицам, не любовалась Мэйн-стрит, где все радовало глаз, казалось привычным, дорогим и близким. Ничего не изменилось, все осталось прежним, и это еще больше радовало и переполняло душу надеждой.
Мэриан свернула на тихую улицу, где жила ее мать, сбавила скорость и медленно подъехала к знакомому дому, на крыльце которого висел зажженный фонарь. Сколько Мэриан себя помнила, мать всегда с наступлением сумерек зажигала желтый фонарь над крыльцом. Она делала это специально для мужа, отца Мэриан. Марвин Уилсон часто засиживался в местных барах и ресторанах, приходил домой сильно пьяным поздно вечером или уже под утро, и фонарь горел, освещая ему путь.
Однажды, когда Мэриан исполнилось пятнадцать лет, Марвин Уилсон впервые не вернулся домой. Его тело нашли через несколько дней в ущелье в пяти милях от города. Машина была сильно искорежена. Причиной смерти Марвина Уилсона стала банальная авария. Нетрезвый водитель не справился с управлением. В качестве утешения полицейские сообщили заплаканным Патриции и Мэриан, что смерть наступила мгновенно и Марвин Уилсон не мучился и не страдал ни секунды. Утешение было слабым, если учитывать, что всю жизнь от пристрастия Марвина Уилсона к спиртному страдали и мучились его жена и дочь.
Мэриан выключила мотор, откинулась на сиденье и несколько минут сидела молча, представляя реакцию матери на ее неожиданное возвращение. Потом вышла из машины и направилась по дорожке, ведущей к крыльцу.
За шестнадцать лет, прошедших после смерти отца, дом почти не изменился, правда, ремонт ему бы не повредил. Мэриан любила свой дом и в душе гордилась им, хотя и сознавала, что ему далеко до роскошных особняков богатых сограждан.