Создание в темных доспехах почти деликатно полоснуло лезвием по моей руке чуть ниже короткого рукава кожаной куртки. Сначала порез показался мне не больнее комариного укуса, и я было обрадовался, что все так быстро кончилось.
Но потом меня внезапно пронзила такая острая боль, что даже дыхание перехватило. Это оказалось хуже, чем я ожидал.
Боль была настолько сильна, что я едва мог вдохнуть. Каждый нерв горел огнем. Глаза начали слезиться, и на мгновение я испугался, что заплачу и тем самым опозорюсь перед всеми.
– Сильно болит, мальчик? – спросил Тайрон.
Я кивнул, стараясь сдержать рвущийся из груди стон.
– Это потому, что клинки лаков покрыты крансином, – сказал он, пристально глядя на меня.
Я знал, что действие этого вещества двояко. Во-первых, это коагулянт, что крайне важно для лаков. В случае глубоких порезов крансин останавливает кровотечение и тем самым предотвращает потерю крови.
Во-вторых, он усиливает боль. Проиграть на Арене 13 – значит испытать жуткую боль. Вот почему, когда совершается ритуальный порез, зрители замолкают. На Турнирах учеников такого не происходит, это отличительная черта поединков Арены 13. Быть успешным – значит держать в кулаке эмоции и мужественно встречать опасность и боль. Зрителям же всегда интересно, как поведет себя проигравший.
Мне доводилось видеть, как бойцы получают ритуальный порез. Ни один из них ни разу не дрогнул, и я никогда не связывал порез с болью. Теперь же я понял, что Дейнон прав: тем самым они демонстрировали свое мужество.
Отныне я знал, что такое проиграть.
– Всем снова занять позиции и приготовиться к бою! По тем же правилам! – приказал Тайрон.
Я не мог поверить своим ушам. У моего лака в поединке с тригладом Палма не было никаких шансов. Я был обречен на проигрыш. Значит, я получу еще один порез.
Тайрон нажал на рычажок, и таймер затикал вновь.
Я действовал на грани своих возможностей. Вспомнив все, что знаю о поединках с тригладом, я в отчаянии выстукивал по полу сигналы моему лаку. На этот раз Палму потребовалось больше времени, чтобы победить меня, – целых три минуты!
Я снова получил ритуальный порез, на этот раз подставив правую руку. И снова изо всех сил постарался не показать боль. И все это время Палм самодовольно смотрел на меня и злорадно ухмылялся.
– Еще один раунд! – скомандовал Тайрон. – И на сегодня хватит.
Третье поражение и третий порез. У меня уже было по одному на обеих руках. Этот тоже был сделан на левой, рядом с первым. Мне он показался больнее двух предыдущих. Я едва мог дышать, Палм же исходил злорадством. Мне стало ужасно обидно. Нет, это просто несправедливо! Бойцы Арены 13 редко проводят больше одного поединка за вечер. Они никогда не получают три пореза в течение всего нескольких минут.
– Что-то не так, мальчик? – строго спросил Тайрон, когда Палм вместе со своим тригладом ушел. – Вид у тебя не больно-то радостный.
– Мой лак отрегулирован так же, как и в тот раз, когда я выступал на турнире? – спросил я, осмелившись высказать свои подозрения вслух.
– Он отрегулирован на точно таком же уровне, – кивнул Тайрон. – Разница лишь в том, что ты выступаешь против первоклассного триглада – лучшего, какого только можно купить за деньги. И давай отдадим Палму должное. Он хотя и ученик, но умело пользовался Улумом и выиграл три прекрасных боя. Значит, тебе нужно поднять уровень, мальчик. Через пять дней ты сразишься с ним снова. Я жду от тебя успехов! Надеюсь, что и твой лак проявит себя достойно.
– Значит, вы займетесь и им тоже? – спросил я, чувствуя, как во мне шевельнулась надежда.
Тайрон ничего не ответил и перевел взгляд на Дейнона.
– Ну как, удалось тебе расшифровать код Ады? – спросил он.
Дейнон с улыбкой кивнул:
– «Действие Х» – это всего лишь ее название «обрыва».
Дейнон явно был горд тем, что сумел разгадать эту загадку. Похоже, системы в голове лака постоянно проверяли локацию, контролирующую горловую втулку.
– Стоит клинку вонзиться во втулку, как число вырастает выше двадцати девяти тысяч. Это автоматически вводит другое число, которое выключает лака, и он падает на пол. Во всяком случае, примерно так.
– Отлично, парень. И что она ответила? Чем-то наградила?
Улыбка Дейнона сделалась печальной:
– Нет, она дала мне для разгадки еще один код. Этот будет посложнее первого.
– Знаешь, у меня для тебя тоже кое-что есть. Попробуй улучшить этого лака, чтобы увеличить шансы Лейфа на победу. Ну как, справишься?
Дейнон побледнел. Уж слишком велика была ответственность. Человек добросовестный и чувствительный, он не хотел, чтобы я вновь получил порезы.