— Я официально открываюсь через час, потому я тут один. — Доктор указал на мягкий стол. — Давайте посмотрим.
Дэнни сел. Бумага захрустела под ним.
Доктор вымыл руки и надел перчатки. Он надел очки-половинки и размотал бинт. Кровь потекла, как только он поднял повязку.
— Да, нужны швы. Как вы это сделали?
Дэнни смотрел на таблицу для проверки зрения на стене напротив.
— Резал дыню.
— Хм. — Доктор зацепил стул ногой и подвинул к себе. На столе на стерильной ткани уже были инструменты. Он опустился на стул и взял шприц. — Рука онемеет, и я зашью рану. Должно хорошо зажить. К счастью, пострадала плоть.
— Можете не колоть. Я ту руку почти не чувствую. — Пальцы Дэнни не были рады свежей ране и содрогались, как от приступа. — Но осторожно, я ничего не могу с этим поделать.
— Вы не ощущаете руку, и она бесконтрольно дрожит. — Доктор обработал рану.
Дэнни сосредоточился на нижнем ряду букв.
— Как-то так.
— И вы подумали, что можно было держать острый нож?
— Не лучшее мое решение, — согласился Дэнни.
— Да? — доктор взял нить. Он указал на тонкий шрам от запястья до локтя Дэнни. — Расскажите об этой ране.
— Взрыв мины. Ладонь раздавили обломки. Сломанные кости, осколки, много поврежденных нервов. Повезло, что она вообще осталась. Хирург в военном госпитале постарался собрать руку. У меня была трансплантация нерва десять месяцев назад, но он не прижился.
Доктор молчал пару минут. Дэнни отвел взгляд, но краем глаза видел, как доктор шил. Он завязал узел. Обрезал нить.
— Должно держаться.
Дэнни посмотрел на свою ладонь. Семь аккуратных черных стежков закрыли порез на его ладони.
Доктор перевязал его ладонь.
— Не мочите руку. Вернитесь через пять дней, и я сниму швы.
— Спасибо. Сколько я должен? — Дэнни потирал предплечье. Порез не болел, но покалывание от пальцев поднялось к запястью. Вскоре эти иглы станут штыками и доберутся до его локтя.
— Больно? — доктор Чендлер хмуро посмотрел на бинт.
— Иногда. Порой ощущаю покалывание, когда холодно или слишком жарко, или когда я перетруждаю руку. Видимо, от пореза стало хуже.
— Звоните, если нужно обезболивающее.
— Спасибо, но я не люблю лекарства. — От них ухудшалось посттравматическое расстройство. — Обычно помогает отдых.
Доктор провел Дэнни к школьному столу. Он опустился в дешевое офисное кресло, ввел данные в компьютер и распечатал чек. Свет мерцал на седине в его темных волосах, пока он склонялся над клавиатурой.
— Минутку. Секретаря еще нет, а я в этом медленнее, чем она.
Дэнни вытащил кошелек, чтобы оплатить. Счет был до смешного маленьким.
— И все?
— Город маленький.
Дэнни оплатил.
— Пока я здесь, я хотел задать пару вопросов о Натане Холле.
Доктор напрягся, дружелюбное выражение сменилось подозрением.
— Вы знаете, что я не могу говорить о пациенте.
— Конечно, — сказал Дэнни. — Но вы можете описать мне бессонницу Кэмпбелла.
Хмурясь, доктор скрестил руки на груди и отклонился на стуле.
— Поражения образуются в таламусе головного мозга. Это зона, управляющая сном. Пострадавшие не могут спать, со временем — не спят совсем. Кома и смерть случаются через год или два.
Это Дэнни уже читал в книге.
— Как быстро человек лишается возможности действовать?
— Зависит от человека, — сказал доктор.
— Но изучение показало, что психическое состояние человека повреждено задолго до того, как отказывает тело. В этот период проявляется помешательство. И пострадавший может двигаться и быть долгое время опасным.
Доктор с раздражением поджал губы.
— Болезнь очень редкая. Случаев слишком мало, чтобы делать выводы.
— Но люди с этой болезнью могут видеть жуткие галлюцинации, которые заставляют их безумно себя вести.
— Это не моя специальность. Я не знаю.
— Вы не знаете, как долго может быть опасным Натан? — не унимался Дэнни.
— Нет. Не могу сказать.
— Не можете или не станете?
— В этом случае — не важно. Увидимся через пять дней, мистер Салливан, если вы еще будете в городе. Хотя вам нет смысла оставаться. Те швы может снять любой врач. — Он опустил ладони на стол и поднялся. Разговор был окончен.
Дэнни прошел к двери. Он оглянулся через плечо.
— Я никуда не уеду.
Гнев, холодный, как чистая сталь инструментов, мелькнул в глазах доктора.
— Некоторые люди в этом городе пережили ад. Не нужно добавлять им бед.
— Я просто ищу убийцу.
— Не забывайте, что хорошие и плохие намерения часто приводят к одному концу.