Эшли не шевелилась.
Виктория приказывала телу встать, говорила рукам поднять тело, а ногам — бежать. Но ничего не происходило. Связь мозга с телом была прервана. Грубые руки сжали ее лодыжки и связали их. Он связал их над ботинками. Пластиковый шнурок впился в кожу. Он завел ее руки за спину. Ее лицо вдавили в землю.
Он закончил связывать ее, тело покалывало, к ней возвращался контроль над мышцами. Она пошевелила пальцами ног, ступнями. Тело отвечало, но слабо и поздно. Он затолкал ткань в ее рот и быстро завязал бандану. На вкус было как грязь и пот, края впивались в уголки рта. Викторию тошнило. Он потащил ее за ноги мимо Эшли. Тело подруги оставалось неподвижным.
Он оставил Викторию и Саманту на берегу и ушел в кусты. Виктория повернула голову. Страх и отчаяние затуманили глаза Саманты. Слезы блестели на ее щеках. Виктория не могла плакать. Онемение охватило ее, реакция самозащиты от того, что ее ждало. Хоть они были связаны, она ощущала связь от их взглядов. Они мысленно держались за руки.
Они думали об одном и том же. Серийный убийца.
Он вернулся с пустыми руками, спустился по берегу. Виктория не видела, что он делал, но слышала, как он двигался. Металл ударил о камень. Расстегнулся замок. Он подошел к ним, сжимая в руке шприц. Он набрал прозрачную жидкость из бутылки.
Саманта пыталась отодвинуться. Он вонзил иглу в ее ногу. Она застыла. Он наполнил шприц и прошел к Виктории. Та приготовилась. Игла пронзила ее ногу сквозь штаны.
Он потянул ее к воде, Зрение угасало, сон окутывал ее, но она подняла голову и оглянулась на тропу. Пусто. Тьма накатывала на нее волной.
Что он сделал с Эшли?
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ
Мэнди пригнулась за столом.
— Эй, Рей, — зазвучал за закрытой дверью голос Дэнни. — Я могу задать пару вопросов?
Мэнди не слышала ответ Рея. Она сунула папку в сумочку и тихо закрыла ящик. Мэнди приоткрыла дверь и посмотрела в щель: Дэнни поймал Рея в коридоре. Она вышла, тихо закрыла за собой дверь и юркнула в женский туалет.
Она ждала, пока дверь кабинета Рея закроется, а потом вышла в коридор. Дэнни прислонялся к стене. Чашка кофе в его руке еще была горячей. Он улыбался.
— Нашла что-то интересное?
— Ш-ш. — Она поспешила по коридору.
Дэнни следовал за ней и прошептал у ее плеча:
— Ну?
Она покачала головой.
— Почти ничего.
— Поищем в доме Натана. Наверное, все интересное там.
— Вламываться в дома незаконно.
— А ты что сделала? — спросил Дэнни.
— Дверь не была заперта. Я просто вошла.
— Мило. Выпуталась, — улыбнулся Дэнни. — Но ты украла кое-что. — Дэнни посмотрел на ее сумку.
Мэнди опустила взгляд. Край папки был виден. Она застегнула сумку и попыталась уйти.
Дэнни не отставал.
— Риэлтор всегда такая странная?
— У Кэролайн хватает проблем в жизни.
— Да? — Дэнни пил кофе.
— У неё болеет муж. — Мэнди обходила стеллажи высотой до подбородка, направлялась к входной двери.
Дэнни открыл стеклянную дверь и вышел наружу.
— Рей, как мне показалось, почти влюблен в Натана.
Мэнди моргнула на солнце и обошла пару пешеходов.
— Ты заметил? Многие в городе готовы заказать Натану склеп и снести закусочную, но Рей все еще вдохновлен им. Иронично, да? Его дела улучшились после закрытия закусочной. Зачем ему хотеть, чтобы ее открыли? — Почему она говорила с Дэнни об этом? Она должна была избавиться от него, а не вступать в сговор.
— Странно. — Глаза Дэнни хитро блестели. — Поделишься тем, что взяла у Рея?
Мэнди подняла голову. Боже, ее не просто влекло к его телу, хоть оно было красивым. Она оглянулась. Потертые джинсы и толстовка подчеркивали подтянутое тело Дэнни. Ей нравился весь человек, от его смелости до опасного чувства юмора.
— Наверное.
— Многообещающе. — Улыбка Дэнни быстро стала задумчивой. — Закусочная Натана осталась такой же, какой он ее оставил?
— Кроме того, что забрала полиция.
— А его дом?
— В том же состоянии.
Дэнни на некоторое время умолк. Думал.
— У тебя есть его адрес?
— Я знаю, где он живет. — Хоть она не была в доме Натана, и это ее задевало. Да, за Мэнди никто не мог постоять, ведь её отец оставил семью, но как она сама позволила Натану себя очаровать? Мэнди взглянула на Дэнни. Что бы он подумал о ней? Смог бы уважать ее, если бы узнал, что она была самой наивной женщиной в штате?
— Далеко?
— Нет. В двух милях от города. Большой дом из кедра и камня на Двенадцатом шоссе. Ты его заметишь. Лучшее место в округе. Выделяется.