Выбрать главу

Окончательно Далия успокоилась, когда примерила бальное платье. Она была чудо как хороша в этом наряде — тугой корсет красиво подчеркивал грудь, пышная юбка оттеняла тонкую талию, драгоценности придавали коже и глазам дополнительное загадочное сияние. Настоящая принцесса, юная и прекрасная. Любуясь на себя в зеркале, Далия словно забыла о причине, приведшей ее в столицу.

На фоне сестры я смотрелась довольно бледно. Нет, я не уродлива, и даже не дурнушка — просто кажусь такой на фоне своей красавицы-сестры. У меня миловидное лицо с правильными чертами, шелковистые волосы, гладкая кожа и стройная фигура, но мне не сравниться с яркой красотой Далии. Я не завидую, мою сестру природа одарила щедро, но уберегла от злого и высокомерного нрава. И, глядя на нее, я искренне любовалась Далией, радуясь вместе с ней.

Как ни старалась я делать вид, будто все здесь знаю, а потому невыносимо скучаю на этом балу, в душе я не могла не восхищаться происходящим. Столько юных и красивых — не только девушек, но и юношей; богатый интерьер, музыка и танцы, признания жарким шепотом, надежда, пропитавшая словно бы сам воздух вокруг — невозможно сохранять безразличие. Особенно понимая, что это все может оказаться в последний раз. Но я старательно делала вид, что меня ничего не волнует. Ведь мне следовало присматривать за сестренкой, вот только и образ скучающей светской дамы, и поведение дуэньи давались мне одинаково тяжело.

Даже хорошо, что мое происхождение не дает мне права присутствовать на празднествах аристократов. Вряд ли бы я смогла к такому привыкнуть.

Час до полуночи. Утих последний удар колокола, знаменуя начало жеребьевки. Толпа замерла в ожидании. Даже я, несмотря на абсолютную свою уверенность, что меня минует жребий, и то почувствовала волнение. А затем над толпой вспыхнуло имя, видимое всем.

Далия Дерлис.

Мимолетное облегчение — я все-таки была права, не моя судьба стать жертвой чудовища — мгновенно сменилось ужасом. Далия? Нет, невозможно! Только не моя сестра! Как же так?

Пронзительный крик пронесся над залом, и Далия, будто сломанная игрушка, рухнула на мраморные плиты бального зала. К нам — к ней — со всех сторон направлялись стражи, чтобы не дать ей ни единого шанса сбежать от судьбы. Далия не сопротивлялась, когда ее подхватили под руки и потащили прочь из зала. Я промедлила лишь миг и бросилась следом:

— Я — ее сестра. Могу я проводить ее?

Мне не отказали. Я уселась следом за ней в маленький экипаж, обняла рыдающую сестру, и нас повезли к темной громаде королевского дворца, где обитало чудовище.

В экипаже, не считая рыданий Далии, стояла тишина. Но не стоило обманываться, нас сопровождали стражи, задача которых не только привести жертву во дворец, но и не позволить ей сбежать. Хотя в своем нынешнем состоянии Далия едва ли в силах думать о бегстве.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Да и куда ей бежать? Жертву, отказавшуюся исполнить свой долг, отдать свою жизнь во имя благополучия королевства, не ждет ничего хорошего. У Далии просто нет выбора. Как не было его, когда она со слезами умоляла не увозить ее в столицу. Впервые в жизни предчувствие ее не подвело. Но мне бы хотелось, чтобы она ошиблась. Чтобы на ее месте сейчас был кто-то другой. Если уж жребий выбрал одну из сестер Дерлис, то почему не меня? Ведь у Далии столько надежд, столько планов; ей еще жить да жить. А я… Моему возвращению в одиночестве точно никто не обрадуется. Представив, как будут печалиться родители, я поежилась. Вот что ждало меня дома — бесконечное сетование родных на судьбу, отнявшую у семьи их ясный лучик.

Наверное, я решилась еще до того, как экипаж остановился. Стражи помогли нам выйти и встали полукругом, отрезая Далии путь к отступлению. Она плакала, и мне пришлось поддержать ее, провожая к неприметной калитке во вратах дворца. Мы остановились подле нее, и Далия прошептала едва слышно:

— Это несправедливо.

— Да, — согласилась я. — Поэтому я пойду вместо тебя.

3. Первая смерть

— Что?

От удивления она даже плакать перестала, а во взгляде ее вспыхнула такая надежда, что взять назад свои слова я уже не могла. Даже если бы захотела.