— Мой архан, — наклонился над ним Нар. — Ты очнулся.
— Где Рэми?
— Жив. Им занялся хариб Мираниса.
— Миранису доложили?
— Да, принц приказал не будить телохранителя до его возращения.
— Может, оно и к лучшему, — выдохнул Арман, поднимаясь. Тяжело. Голова немного кружится, но идти можно, это хорошо. — Только вопрос — кому мы можем сейчас доверять. Пока Аши не проверит…
— Мы можем доверять харибам проверенных арханов и служителям богов, мой архан. Видение Рэми…
— Он даже свое ранение сумел использовать нам во благо, — прошипел Арман, принимая от хариба чашу с зельем. — Только нам не надо таких подачек.
— Тебя приказано как можно быстрее вернуться в Кассию и продолжить начатое. Изначально тебе хотели дать в помощники хариба Кадма, но теперь, боюсь, надо подождать, пока освободится сам телохранитель.
— Потому что?
— Потому что харибы… не всегда могут заменить своих арханов.
— А где харибы не заменили своих арханов? — протянул Арман, застывая.
— Семя. Они не заметили семя на Рэми.
«На тебе тоже, — раздался издевающийся голос Киара. — Но семя боится моей силы, потому я его просто убил. А твоим братом уже занялись, не волнуйся, ему ничего не грозит».
— Ничего не грозит, — сжал ладони в кулаки Арман. — Хорошо. Не будем терять времени. Одеваться мне! Позови хариба Кадма, если он откажется идти, мы идем без него. Кадм может присоединиться к нам позднее. Если захочет.
— Арман! Но тебе приказано…
— Мне приказано не терять времени. Ну так я и не теряю.
А без Кадма и его хариба можно и обойтись. Арману надо научиться убивать самому, давно пора. Только Арман знал, что пока не придется. И действительно, раньше, чем он оделся, появился в его комнате и молча ему поклонился хариб Кадма.
***
— Прошу тебя, прошу, проснись! Рэми, проснись! Проснись же!
Как голова болит, просто разрывается от боли! Назойливый голос пробивается через волну беспамятства, что-то требует, но все это далеко и нереально. Реальна лишь боль.
Преодолев предательскую слабость, Рэми медленно сел на полу, потер виски и с трудом открыл глаза. Последним, что он помнил, было льющейся в его тело магией Алода. Но он не чувствовал себя исцеленным. Что-то явно пошло не так.
— Рэн? — с удивлением посмотрел он на настойчиво зовущего его виссавийца.
Как он оказался тут с Рэном? Почему рядом нет никого из кассийцев? Его оставили без присмотра в бессознательном состоянии? Рэми в это не верил, не осмеливался поверить. Да что же должно было произойти, чтобы…
— Ты проснулся, наконец!
Рэми огляделся. Храм Виссавии? Почему они опять в храме Виссавии? И почему тут никого, кроме них, нет? Только встревоженный страшно Рэн, и тишина, залитая льющимся через окна светом. А в этой тишине — медленный танец пылинок. И спящая на троне, гордая Виссавия.
Ви… как же тебя разбудить, Ви… да и почему ты заснула? Рэми до конца не мог поверить, что это он усыпил Виссавию, и не знал, как теперь ее будить-то? Исправлять это как? Но пока важнее другое:
— Перестань причитать и объяснись, — медленно, не спуская взгляда с Виссавии, поднялся с пола Рэми. — Почему мы тут? Где Бриан?
Бриан никогда не позволил бы Рэми увести из замка. Не в таком состоянии. Не под защитой трясущегося от волнения Рэна, который даже боевым магом не был. Так что опять произошло?
— Миранис… Миранис вернулся.
Вернулся, это хорошо. Рэми быстро нашел мыслью Мираниса и подивился льющемуся от принца спокойствию. Давненько наследник не был в таком настроении, сказать по правде, никогда не был. Но и угрозы от него не чувствовалось. Лишь какая-то тихая грусть и что-то знакомое, зовущее из души нотки тоски…, но что это, гадать Рэми не стал. Сейчас важно другое.
— И? Миранис позволил меня увести?
— Нет! Он приказал… приказал тебя выкупать в моей магии.
А это что-то новое.
— Зачем? — как можно спокойнее спросил Рэми.
Ну хоть голова стала болеть меньше, наверное, от удивления. Ситуация становилась все более забавной, но менее забавными могли быть ее последствия.