— Мой повелитель…
— Я приказал дозору уйти из столицы. Кому-то надо охранять моего внука.
— Почему вы не позовете сына?
— Как Рэми?
— Его защиту пробили, но ее восстановят.
— Кто пробил?
— Мой повелитель…
— Не говори, я знаю. Когда Рэми проснется, зови сына с телохранителями в столицу. Замок еще продержится с седмицу, но пусть придут как можно раньше. Все должно решиться. И ты знаешь, как. Готова ли ты?
— Да, мой повелитель.
31. Ронер. Трудное решение
Ночь уже опустилась над Виссавией, рассыпались по темному небу звезды, но идти спать сегодня никто не спешил. Хранители дара продолжали сидеть за книгами, и Арам вздрогнул, когда ему доложили:
— Майк покинул замок. Ниша тоже.
— Вождь исцелен?
— Нет, — удивил посланец. — Но мы нашли причину.
— Почему? Эту метку не так легко свести, мы пытаемся найти способ, Майк был бы очень полезен…
— Телохранители сказали не беспокоиться. Лерин самый сильный заклинатель Кассии.
— Он знает этот старый ритуал?
— Он нет, а вот…
Арам вздрогнул и сразу же успокоился. Вот как… Приказав сделать копию отложенных книг для Майка, он зевнул, поднялся и пошел в свои покои. Как же он забыл… на стороне вождя не только люди, но и полубоги. Люди могут позабыть ритуалы, растерять знания, но полубоги — никогда. Они помнят все. Завтра же будет новый день, и он тоже может быть трудным.
***
Лерин подал едва заметный знак, и Арман отпустил Майка. Хотя не очень был уверен, что это правильно. Отпустил Лерин и всех виссавийцев, будто в них уже не было надобности, и вновь погрузился в чтение принесенной Майком книги, тихонько чему-то усмехаясь. Он провел суховатыми пальцами по странице, поправляя написанные там знаки и нарисованные рисунки, закрыл книгу и отложил ее на стол.
— Что же ты, брат, опять позволил себя ранить? — спросил Лерин, и Арман, уловив в его тоне незнакомые нотки, дернулся и бросился инстинктивно к брату, но Тисмен его придержал:
— Метку убрать, наверное, не так и сложно, но никто уже не помнит нужного ритуала. Кроме Ронера. Пусть он это сделает. Лерин поступил правильно, что передал второй душе власть над своим телом.
— Давно такого не видел, — прошептал задумчиво Ронер, проведя пальцами по метке. — Старая магия, хорошо сделанная. На совесть. Пометили именно то тело, где находится душа двенадцатого. Правда, на вас оно не подействовало, у вас щиты, а вот на беззащитного в этот миг целителя судеб… Хитрый план. Им даже удалось. Почти.
— Так пометить можно любого? — спросил вдруг Рэми.
— Любого, кто обладает каким-то признаком. Но Аши был неосторожен, позволил тебе дойти до подобного состояния… интересно, почему?
— Он молчит, я для него сейчас слишком слаб.
— Понимаю, — так же зловеще задумчиво протянул Ронер, закончив фразу несколькими едва слышными словами.
Рэми мгновенно замолк, засыпая, а Ронер начал быстро читать заклинания.
Зашла за тучи луна, загрохотал гром, ударил в стены ветер, и Элизар на миг отвернулся к окну, успокаивая Виссавию. Худощавые пальцы Лерина порхали над руной, всполохи магии выводили на коже Рэми дивные рисунки, брат все так же сладко спал, а руна бледнела на глазах, чуть колыхалась, будто сопротивляясь, а позднее и вовсе исчезла, а Ронер устало перевернул Рэми на спину и провел ладонями над его телом, проверяя его ауру.
— Да, это похоже на то, что было с Миранисом. Это бывает часто, не у вас. Защита у магов, тем более высших, всегда сильнее, чем у обычных людей, потому вы с таким и не сталкивались, только вот…
— Только вот что? — спросил Арман.
— А ты ведь и сам все понял, — криво усмехнулся Ронер, окатив Армана внимательным взглядом. — Только и сам до конца не решаешься поверить в правду.
Стало вдруг жутко от этого взгляда, хотя бояться Арману, казалось, было нечего. А от последующих слов Ронера — еще больше:
— Приготовьтесь.
— К чему? — прошептал Арман.
Но Ронер ничего не ответил, лишь глаза его в полумраке блеснули зловещим синим сиянием. Он коснулся плеча Рэми, и брат открыл глаза, устало зевнув.
— Лучше? — просил Ронер.
— Лучше, — прошептал Рэми, но Арман напрягся, шкурой почувствовав, что что-то не так.