Надо же! Начал приказывать... уроки виссавийцев не пошли на пользу телохранителю, зато пошли на пользу будущему вождю Виссавии. Рэми дали испробовать вкус власти... и она, судя по всему, вскружила ему голову.
– Ты ничего не можешь сделать, Рэми, – возразил Миранис, бросая на стол перчатки. – Есть в клане кто-то, кто сильнее тебя. Вождь. Завтра Элизар поедет со мной. Еще Илераз и его маги, которые восстановились достаточно, чтобы нас защитить.
– Что? – переспросил Лерин. – Ты не берешь нас, а берешь высших магов? Едешь куда-то с вождем? Что происходит, Миранис?
– Так я привлеку к себе меньше внимания, – спокойно ответил принц. – Мой выезд будет коротким, Алкадий ранен Элизаром и не опасен, с остальными вполне справятся высшие маги. Вы же слабее чем обычно и будет лучше, если вы останетесь в Виссавии, чтобы быстрее восстановиться.
Кадм вздрогнул, внимательно посмотрев на принца, а Рэми? Рэми ничего не ответил. Он медленно положил на стол так и не надкушенный плод и вдруг дернулся, перевернув чашу с эльзиром. На этот раз Кадм убирать не стал: открыл дверь и позвал Лиина. Бесшумно скользнувший в покои хариб поклонился сначала принцу, потом телохранителям и начал проворно стирать со стола лужу.
– Останешься здесь, – приказал Лерин Лиину. – Присмотришь за своим арханом.
– Мне не нужна помощь, – раздраженно возразил Рэми.
– Я вижу, – зло ответил Кадм, но все в этих покоях знали, что злится он отнюдь не на Рэми. – Беспомощен как ребенок!
– Заканчивайте пререкаться! – одернул его Миранис. – Да, я принял решение. Да, я его не изменю. Да, вы ничего не можете сделать. Но это не повод грызться друг с другом. Забыли, что недавно были у грани? Забыли, что вновь можете там оказаться? И тратите время на какие-то споры? Да что с вами, в конце концов!
– Что с тобой, Мир? – прозвучавшая в словах Рэми мука ударила сильнее, чем сами слова. Впервые Рэми казался по-настоящему беспомощным и измученным.
– Я сделаю все, чтобы вернуться, Рэми, – ответил наконец-то Миранис. – Обещаю... Если ты боишься смерти...
– Я не боюсь смерти, – выдохнул Рэми, – я боюсь потерять тебя... Почему ты не понимаешь?
Миранис понимал, но и помочь ничем не мог. Ни Рэми, ни другим телохранителям. Боятся потерять своего принца? Потеряют, и очень скоро. Миранис хотел бы это изменить, но, боги, скажите – как?
– Мир, мой принц... – умоляюще прошептал Рэми.
– Прекрати... – опешил Миранис. Гордый телохранитель, наследник Виссавии, умоляет?
– Не отталкивай меня, мой принц. Позволь пойти с тобой.
– Рэми...
– Мир, ты не понимаешь....
– Я все понимаю... – прошептал Миранис. – Иногда я проклинаю нашу связь. Проклинаю богов, что придумали эту пытку. Что связали нас столь сильными узами, которые никто не в силах разорвать.
– Я ее благословляю... – улыбнулся Рэми. – Я сделаю все, чтобы ты жил. Я сам это выбрал.
– Я знаю. Я тоже сделаю все, чтобы ты жил. Чтобы вы жили.
И даже сказал правду.
– Рэми? – позвал он.
– Да, мой принц.
– Помни о наших сестрах.
– Не смей прощаться! – зло ответил Рэми. – Слышишь! Не смей! Даже там, за гранью, ты от меня не избавишься!
– Я не прощаюсь.
«Пока не прощаюсь».
– От нас всех не избавишься, – сузил глаза Кадм. – Мне не нравится ни то, что ты говоришь, ни то, что ты делаешь… но я доверяю вождю. Я знаю – Элизар не даст Рэми умереть, а, значит, ты вернешься… но будь осторожен, Мир.
Миранис лишь горько улыбнулся и ответил:
– Так оставьте меня, я хочу побыть один. Помолиться… Лиин, уведи Рэми.
– Мир!
– Уходи, Рэми... Мы в Виссавии, я в безопасности. Иди!
И когда телохранители исчезли из покоев, Мир тихо спросил:
– Долго ты тут?
– Достаточно, – ответил вождь, выходя из тени.
– Мои телохранители тебя даже не почувствовали…
– Забываешь, что я часть Виссавии, – усмехнулся вождь. – Забываешь, что не хочу причинить тебе вреда. Духам, что спят в телохранителях, незачем тревожиться…
– Ты пришел не за этим… Ты все так же не спускаешь взгляда со своего племянника?
– А ты удивлен? – вождь взял из вазы яблоко и, повертев его в руках, надкусил сочную, сладкую мякоть. – Не смотри на меня так, Миранис. Да, мы большей частью довольствуемся эльзиром, но иногда хочется разнообразия… Рэми будет сложно пережить твою смерть.
– Боишься, что он не выдержит?
– Не боюсь. Я успел познать душу своего племянника. Он только с виду хрупкий и ранимый, но выдержит. Я бы тоже выдержал... если б не этот дух внутри...