Великая война предопределила ход истории для компаний «Грасс» и «Драгз». За без малого десять лет в боях полегли многие достойные ребята с обеих сторон. Отделы кадров, бывало, не справлялись с набором новых бойцов. Иногда приходилось создавать даже женские отряды. После долгой позиционной борьбы стороны переходили в наступление, захватывали новые территории, чтобы потом отдать их обратно и отступить. Нельзя сказать, что кто-то из противников имел перевес или моральное преимущество.
За эти годы Герман вырос из командира группы до генерального директора. Теперь именно он определял стратегию и тактику компании. Под конец войны, уже порядком устав от всей этой кутерьмы, Герман написал книгу «Моя борьба», в которой изложил историю своей жизни. Эта книга стала обязательным пособием для всех сотрудников компании «Грасс».
К большому разочарованию, всеобщий почёт и уважение среди подчинённых не давали Герману удовлетворения. Часто он страдал от бессонницы, избавляться от которой приходилось с помощью наркотических средств. Герман обрюзг и стал неряшлив.
В своей книге он сознательно опустил одно событие. Все смерти боевых товарищей прошли мимо и уже начали забываться, но это происшествие по-прежнему отчего-то не давало покоя. Герман старался не вспоминать о нём, но по ночам снова и снова вскакивал в холодном поту. Жена, привычная к этому, нехотя просыпалась:
– Что, опять мальчики с мороженым?
– Опять мальчики с мороженым… в глазах.
– Успокойся, Гера! Я с тобой. Никаких мальчиков здесь нет. Спи, мой пупсик!
* * *
После очередного кошмара ему уже не хотелось идти ни на какую работу. «Возьму, пожалуй, больничный. Пускай мой новый заместитель порулит. Хоть он ещё совсем юнец, но хваткий парень. Толк с него будет».
По звонку шефа Алексей быстро приехал к нему на дом, чтобы получить инструкции.
– Знаешь, Лёха, я планирую скоро отойти от дел. Тебе придётся взять на себя всё руководство фирмой. Ты, конечно, ещё очень молод, но я в тебя верю.
– Да как же мы без Вас, Герман Александрович?
– Ладно, не холуйствуй! Знаю я вас. Амбиции, амбиции и ещё раз амбиции. Вот признайся честно: неужели ты никогда не мечтал, что в один прекрасный день заменишь меня в моём кресле?
– Если честно, то мечтал, но не думал, что так скоро.
– А надо думать. Я тебя, можно сказать, вот из этих рук выкормил и теперь отпускаю в свободное плавание…Запомни: если кто тебя будет подсиживать, ликвидируй тотчас же. Я на своём веку кучу ублюдков сам ликвидировал.
– За мной не заржавеет, Герман Александрович,– сказал Алексей, красноречиво продемонстрировав свой новенький пистолет.
– Вот и отлично!
– Спасибо за доверие.
– Вот ещё что, Лёша. Ты наши принципы и идеи знаешь. Действуй согласно им. Единственное, что запрещаю тебе – обижать детей. Был у меня один случай… Вроде и пустяк, а до сих пор мучаюсь.
Алексей вопросительно посмотрел на своего начальника.
– Ладно, уж так и быть, расскажу. Дело было ещё до работы в фирме. Я должен был отобрать конфетку у ребёнка. Ну, отобрать – отобрал. Только не конфетку, а мороженое. И ведь до сих пор мне это покоя не даёт.
Алексей изменился в лице.
– И мне, Герман Александрович, и мне…
С этими словами он достал пистолет и выстрелил в упор в Германа:
– Считай, что ты не выдержал конкуренции, мразь!
Брат Тысяча
1
Окончить церковно-приходскую школу было для меня большой удачей. Все мои друзья так и остались неграмотными. Мне ж удалось стать у своего Работодателя менеджером. Всё благодаря умению читать и писать. Ребята, конечно, подсмеивались надо мной, говорили, мол, в свободные люди решил выбиться. А как тут станешь свободным и откупишься от Работодателя, когда твой дед, чтобы купить себе квартиру, пошёл в кабалу и заложил труд будущих пяти поколений своих потомков?
В общем, о такой перспективе, как свободный труд, я и не задумывался. Святые Отцы подобные мысли тоже не поощряли. А что неугодно Святым Отцам, то неугодно богу. Двадцать седьмой догмат пятого канона. Это я хорошо усвоил в школе.
Было уже поздно, часов восемь. Пиво после вечерней молитвы нельзя, да и пост идёт. Но что-то я будто совсем страх потерял. Не побоялся и решил выйти за запретным в этот неурочный час напитком. Главное, дойти до подпольного бара незамеченным краснорясниками. Так их называют за форму красного цвета, напоминающую рясу. Это они – блюстители веры и догматов на службе у Папы.