Она покачала головой:
— Я ничего такого не слышала, но я ни одного из них толком не знаю. Полетт почти все время проводит в спа-салонах и магазинах Нового Орлеана. Она даже не пыталась подружиться ни с кем из местных женщин. Наверное, воображает, что слишком хороша для нашего города.
— Ладно, — протянула я. — А Тед? Вы говорили, что он бегал по городу, раздавая вещи. Может, с кем-то он общался особо близко?
Ида Белль пожала плечами:
— Я не обращала внимания. Он раздражал. Всегда слишком широко улыбался, сыпал комплиментами.
— Ага, и жаждал передних обнимашек, — добавила Герти.
— Что еще за передние обнимашки? — не поняла я.
— Ну, знаешь, это когда мужчины вечно пытаются обнять тебя спереди, и плевать, как близко вы знакомы, тогда как гораздо уместнее было бы приобнять сбоку.
— По-моему, они просто хотят потереться о буфера, — хмыкнула Герти.
Я поморщилась, сомневаясь, что Теда так уж тянуло к доисторическим буферам, и радуясь, что ко мне с передними обнимашками никто не лез. У меня проблемы с личным пространством.
— Думаю, — продолжила Ида Белль, — большинство местных женщин старались его избегать. Так что вряд ли мы получим много информации по моим обычным каналам.
— Значит, нужно спросить о Теде мужчин. Может, Уолтера?
— Отличная идея! — оживилась Герти. — Почти все мужики раз в пару недель заходят в универмаг потрепаться с Уолтером. Если Тед вел себя подозрительно, он может знать.
— А нам он расскажет? — уточнила я.
Герти изогнула бровь.
— А, точно! — Я и забыла, что Уолтер влюблен в Иду Белль с детских лет. — Ну значит, надо побеседовать с Уолтером, но явно не по телефону.
— Да, — согласилась Ида Белль. — Из универмага он не сможет говорить свободно, и я не хочу ждать до вечера.
— Что ж, тогда у нас проблема, — пробормотала Герти, — потому что ни одной из нас сегодня лучше не соваться на главную улицу. Картер запрет нас в камере, если решит, что это подарит ему хоть немного покоя.
Я кивнула:
— Он вполне четко объяснил, что я должна вернуться домой, запереть дверь, задвинуть шторы и даже в окно не выглядывать.
— Довольно грубо, — нахмурилась Герти, — даже для Картера. Впрочем, если он не хочет, чтобы ты светилась, можем взять мою лодку. Причалим за универмагом и войдем через заднюю дверь, и никто нас не увидит.
— А разве мы не расфигачили вашу лодку о мои кусты азалии? — уточнила я.
— Мы расфигачили мою, — буркнула Ида Белль. — Герти разбила свою пару месяцев назад.
— Многовато кораблекрушений.
Герти всплеснула руками:
— Откуда мне было знать, что там дом?
Я уставилась на Иду Белль, боясь даже предположить, как Герти удалось врезаться на лодке в дом, и та одними губами произнесла: «Потом».
Я нахмурилась. Перспектива вновь покататься на лодке с таким рулевым смущала.
— Может, пусть нас отвезет Ида Белль?
Герти покачала головой:
— Учитывая обстоятельства, ей не стоит покидать дом. Вообще, лучше даже позвать сюда Мари, на случай если Иде Белль понадобится алиби.
— Наверное, вы правы, — вздохнула я. — Ну и, полагаю, после столкновения с домом вашу лодку отремонтировали…
— Эм, более или менее.
Я прищурилась:
— Что значит «более или менее»?
— Да там была крошечная пробоина. Не переживай.
Я посмотрела на Иду Белль, и она пожала плечами, явно ничего не зная о процессе ремонта.
— О, бога ради! — воскликнула Герти. — Хватит трусить. Ты в этой лодке проведешь пять минут, а времени у нас в обрез.
Я почувствовала, как напряглась спина, и с трудом удержалась от желания броситься в драку. Герти ударила по больному и наверняка прекрасно сознавала, что делает. Ничто не распаляло меня сильнее, чем обвинения в трусости. Не помогало даже то, что она была права насчет ограниченного времени. Чем скорее мы все уладим, тем безопаснее для Иды Белль и больше шансов для меня остаться в Греховодье.
— Ладно, идемте, — пробурчала я, оставив за кадром «пока я не опомнилась и не передумала».
Герти вскочила со стула:
— Отлично! По дороге к причалу можем забросить Иду Белль домой. Дай только кроссовки надену.
Она унеслась прочь, а я повернулась к Иде Белль:
— Прошу, скажите, что лодка цела?
Она покачала головой:
— Я одолжила ей сварочный аппарат, но понятия не имею, грамотно ли она сделала заплатку.
— Супер.
— Эй, у всего есть светлая сторона — по крайней мере ты умеешь плавать.