Чей-то палец ткнул ее в бок. Приглушенный голос, говорящий какие-то слова, доносящийся сверху, — Халисстра… тоже пришла позлорадствовать, взглянуть поближе на плоды своего предательства.
Каватина, к которой частично вернулось зрение, смогла разглядеть расплывающуюся фигуру Халисстры, осторожно поднявшей Лунный Клинок. Она держала его за рукоять двумя пальцами, будто какую-то гадость.
— Абисс тебя забери, — простонала Каватина, обретя наконец голос.
Селветарм над нею громогласно расхохотался.
— Уже забрал, — прошипел он.
Потом он склонил голову, нанося смертельный укус.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Значит, вот оно, подумал К'арлайнд.
Он плыл в однообразной серой пустоте, которая была ни теплой, ни холодной, ни мокрой, ни сухой. Она просто… была. Бесконечная. Вечная. Застывшая.
— Я умер.
Звук собственного голоса напугал его. Как и то, что внезапно материализовалось у него под ногами. Земля. Серая, как пустота, в которой он плыл, и гладкая, как стекло, она и не подавалась под его ногами, и не оказывала сопротивления. Подобно пустоте, она тоже… была. Нечто, на чем можно стоять.
Он чувствовал свои руки и пальцы, хотя не мог ни увидеть, ни потрогать их. Он поднял руки, пытаясь дотронуться до своего тела. Они прошли предполагаемое тело насквозь. Это было все равно что пытаться потрогать дым, за исключением того, что руки его также были из дыма, серого дыма, не колеблющегося и не исчезающего.
Его тело исчезло. Он мертв.
Паника вгрызлась в закоулки его разума, точно голодная мышь. Если дать ей волю, она сожрет то немногое, что от него осталось, — его сознание. Он взял себя в руки, заставляя мозг сохранять спокойствие. Он был мертв, но все-таки он был. Душа его осталась.
Разум же его, какой уж остался, хранил логические данные, объясняющие его положение. Его душа, подобно душам всех умерших, попала в Долину Фуги. К'арлайнд видел, как местность вокруг него начинает обретать форму. Вон там — далекий горизонт, серая линия на сером. А там — иззубренные шпили Судного Города. Вокруг его вздымающихся к небу стен без устали сновали разные фигуры — не более чем точки с такого огромного расстояния. Демоны гнали перед собой бесформенные серые фигуры, направляя невостребованные души в город, где те будут поглощены.
Рядом с К'арлайндом проплыли другие сущности — души таких же умерших, как он.
— Ты меня слышишь? — спросил он, когда одна из них пролетала мимо.
Душа не ответила, лишь вздохнула, оставляя за собою шлейф из сверкающих слез.
И тут К'арлайнд понял, что медленно плывет в направлении города. От этой мысли он похолодел, и этот холод был страшнее любого другого, когда-либо испытанного им. Он начал отчаянно озираться по сторонам, ища лунный луч, про который рассказывала Роваан, напряженно прислушиваясь, не прозвучит ли хоть обрывок мелодии.
Ничего.
— Эйлистри! — вскричал он. — Ты что, не собираешься забирать меня? Я принес клятву на мече. Теперь я твой. Ты моя богиня-покровительница!
Нет ответа.
Что-то защипало там, где должен был быть лоб. Будь у К'арлайнда тело, как прежде, он готов был бы поклясться, что это нервная испарина. Он плыл к городу все быстрее, и тот стал уже вдвое ближе, чем был.
— Эйлистри! — завопил он.
Ничего.
Городские стены подплывали все ближе. Он уже мог разглядеть отдельных демонов с плетьми в руках, руки взлетали кверху, плети щелкали, погоняя стада мертвых. Души скорбно стенали, вереницей вливаясь во врата Судного Города.
К'арлайнд содрогнулся — дрожь пробежала по его телу, подобно ледяному ветру. Всем его существом вновь овладела паника. Он отчаянно озирался, ища служителя бога — любого бога, — явившегося забрать его.
— Мистра? — взмолился он, безрассудно надеясь, что, может, другое божество Квили заметило его, хоть он и не приносил ему обета.
Ничего.
Стены были уже так близко, что он мог различить отдельные камни в них, сплетающиеся друг с другом. Каждый камень — душа, запертая здесь на веки вечные.
Демон обернулся и уставился на него. Существо согнуло растрескавшийся красный палец и поманило его к себе.
— Ллос? — прохрипел К'арлайнд в отчаянии. — Кто-нибудь?
Приди.
К'арлайнд резко развернулся. Он ничего не увидел, но голос раздался снова. Мужской голос.
Вернись. В мир живых. Ты вернешься?
Он узнал голос: Мальваг. Пожалуй, меньше всего К'арлайнд хотел бы, чтобы именно он позвал его обратно из мертвых, но это лучше, чем…