Снова и снова набирала номер Кирилла. Бесполезно. Сев на диван, думала, что же делать…. А какие тут есть варианты? Остаётся только ждать, но это ожидание убивает… Видимо я настолько устала, что задремала.
Сквозь сон услышала звонок телефона и резко распахнула глаза.
— Алло, — ответила я с надеждой.
— Настюш это я, — долгожданный голос брата буквально заставил меня выдохнуть. Но я тут же насторожилась.
— Кирилл, почему ты не звонил? И что это за номер? У тебя же другой…
— Насть, подожди, — остановил поток моих вопросов брат, — Я в больнице.
Я думала, что у меня остановилось сердце. По крайне мере как дышать я точно забыла.
— Настя?
— В какой? — выдавила я из себя.
— В четвёртой, но…
Я уже не слышала его. Бросила трубку и побежала одеваться. Мне потребовалось всего несколько минут. Вызывая такси, я поняла, что даже не спросила где он там и что случилось. Наверное Воронов. Неужели он… Да нет. У меня уже паранойя.
До больницы добралась быстро. Сразу же пошла в регистратуру.
— Здравствуйте, к вам поступил Кирилл Марков, в каком он отделении? — поинтересовалась я у женщины. Она окинула меня недовольным взглядом.
— Вообще-то для помещений есть определённые часы. И они ещё не начались, — строго сказала она. На глаза моментально навернулись слезы.
— Пожалуйста, пустите меня. Я не знаю что с ним, и в каком он состоянии. Он мой брат. Я же у вас тут с ума сойду пока жду. Или в обморок грохнуть. Будете меня нашатырем откачивать. Согласны? — начала уговаривать её я. Широко распахнула свои голубые глаза, что стала похожа на кота из мультика «Шрек». Подействовало. Сощурившись женщина слегка мне улыбнулась.
— Ой лиса. Ладно. Как говоришь его зовут? — открыла она журнал. Я еле сдержалась, что бы не подпрыгнуть от радости.
— Марков Кирилл Алексеевич.
— Да, есть такой. Третий этаж, палата пятнадцать, — выдала мне информацию.
— А что с ним, вы не знаете?
— Это ты сама уже узнавай. Моё дело — записать поступивших.
На третий этаж я буквально взлетела. Быстро нашла нужную палату и распахнула дверь. На меня тут же уставились родные глаза, и я мгновенно оказалась около брата. Выглядел он ужасно. Голова замотана, гипс на правой ноге, лицо в гематомах. По щекам тут же потекли слезы, а сама я не могла и слова сказать. Никогда не видела Кирилла в таком виде. Это было страшно.
— Настенька милая моя, ну зачем же ты примчалась, — ласковый голос брата донёсся до моих ушей. Я ущипнула себя, что бы проверить, не сон ли это. Оказалось нет.
— Настюш успокойся, не плач. Я живой, — принялся меня успокаивать Кирилл. Вот только его слова произвели обратный эффект. Слезы полились сильнее. Морщась, он приподнялся и притянул меня к себе. Крепко обняв брата, услышала, как он сквозь зубы зашипел от боли и резко отскочила от него.
— Прости. Я не подумала. Что случилось? Почему ты здесь? И где Иван? — я вспомнила про друга брата.
— Мы попали в аварию. Какой-то козёл пошёл на обгон, Ванька не справился с управлением, ну и полетели в кювет. Ваня пока под кислородом лежит, — заметив ужас на моем лице брат поспешил добавить, — С ним все будет нормально, не волнуйся. Врачи перестраховываются. Я толком не знаю что с ним. Мне не говорят.
— А с тобой что? — оглядела я Кирилла. Перелом ноги — это было очевидно. А что ещё?
— Да ерунда. Сотрясение, пару ушибов, мелкие трещины, — брат говорил так спокойно, что я просто изумилась его выдержке.
— И это по твоему нормально? — начала повышать я голос и вдруг меня пронзила страшная догадка, — Это он да? Воронов?
— Да нет. Точно нет. Какой-то олень, на обычной девятке. Воронов и его свита к таким даже близко не подойдут, — слова Кирилла убедили меня, но мы снова вернулись к той же проблеме, от которой пытались уйти. Что делать с долгом? Теперь я вряд ли смогу спрятать брата. Неизвестно ещё сколько он будет тут лежать.
— Настюш, девочка моя, ты главное не волнуйся. Я поправлюсь.
Я рассеянно кивнула.
— А Иван? Меня к нему пустят? И с какого номера ты звонил?
— Медсестра телефон дала. Свой разбил. Что до Ивана, вряд ли сейчас ему разрешены посещения. Но я обязательно узнаю все у врача, когда будет обход.
— А когда он?
— Да через пол часа, — Кирилл бросил взгляд на настенные часы. Я начала соображать. Хорошо бы самой поговорить с врачом. Кирилл может многое недоговаривать, что бы я не беспокоилась.