— Исследуем, — туманно пояснила Творящая. — Если хочешь, Риан завтра найдет тебя и посвятит в подробности. Одно из главных направлений экспериментов — возможность противостоять излучению. «Бездна» пришла к нам из Ордена, — добавила она, вкладывая в одну простую фразу целую пропасть намеков.
«Бездна» — возможное оружие?
«Бездна» — осколок демонического мира?
Так ли случайно ее обнаружение именно в недавнее время?
По коже прошел холодок.
— Можете рассчитывать на мою помощь, — твердо сказала я. — Сделаю все, что в моих силах.
— А что насчет звезды?
— Звезды?
Наверное, в моих глазах отразилось такое искреннее непонимание, что Мелисса просто вынуждена была пояснить — терпеливо, без капли раздражения:
— Ты не хочешь позвать своих подруг? Понимаю, у них своя жизнь, но вы все-таки звезда. Дело одной — это дело всех. Помнится, всего несколько лет назад ты с таким упоением рассказывала о своих подругах.
Что-то в этих словах царапнуло меня отравленным коготком. Во рту стало горько.
«Дело одной — дело всех…» Ну да. Конечно-конечно. Именно поэтому Айне тащила на себе неподъемный груз пророчества, ни с кем не делясь своей ношей. Поэтому Феникс в одиночку отстаивала всех перед инквизицией, когда штурмовали Зеленый. И именно это, наверное, заставило Этну в одиночку решать проблемы с родителями, а Джайян — молчать о ссорах с Птицей. И, конечно, мнимое единство побудило меня обратиться за помощью в разработке противоядия не к звезде, а в Академию.
Сейчас другой принцип в ходу. Одной — легче.
Меньше вероятность, что подставишь остальных.
— Вы немного переоцениваете значение уз звезды, — тихо сказала я. — Мы повзрослели. И не общаемся теперь, как раньше. У каждой давно своя жизнь. Личная.
— Ах, так это теперь зовется? — понятливо кивнула Творящая. Глаза цвета кофе нехорошо сощурились. — Личная жизнь. А во времена моего детства это называлось «трусость».
— Что? — от возмущения у меня горло перехватило, и вместо восклицания получился сип. — Это Феникс-то трусливая? Или Джайян? Да они без вопросов отправились со мной вызволять подопечных князя из лап инквизиции…
— А по чьей инициативе? Кто предложил их позвать? Кто предложил позвать того ведарси, Клода? — быстро спросила Мелисса, подаваясь вперед. Светотени сыграли странную шутку, смазав морщинки и омолодив Творящую лет на двадцать.
Я задумалась. Серьезно. И ответила, нехотя, с потаенным стыдом:
— Ксиль. То есть Максимилиан. Это он мне посоветовал.
— Вот именно, — откинулась Мелисса обратно в кресло. — Северный князь. Он привык действовать со своим кланом как единое целое. Решать проблемы самого младшего и самому рассчитывать на поддержку даже слабейших. У шакаи-ар, телепатов, есть одно замечательное свойство — они могут запросто открывать друг другу сердце. В этом их сила. В единстве. В том, что они не боятся верить своим. Милая, — смягчилась она, глядя, как я краснею и комкаю в кулаках плед. — Ничего страшного, что сейчас вы будто бы разошлись. У всех бывают такие периоды, даже в семье. Вы действительно повзрослели. Ваша звезда, удивительное чудо — девочки-подруги, почти сестры, готовые жизнь друг за друга отдать — упала с небес на землю. И чуть не разбилась.
В одно мгновение вспомнилось, как несколько лет назад, когда Максимилиан забирал меня из родного дома, Феникс, не раздумывая, набросилась на него со всей яростью — я вспомнила и снова почти ощутила жар огненной волны на коже.
И как пыталась задержать его Айне — по-своему, не побоявшись начать взрослый, серьезный разговор с шакаи-ар. Я помнила ее холодные, ироничные, вежливые интонации — и веские слова. Она привыкла ценить каждое произнесенное слово, и это чувствовалось.
Как защищали меня Этна и Джайян… Их непосредственную, напружиненную готовность по-простому садануть грозному шакаи-ар в зубы кулаком — и будь что будет.
…И как потом они вчетвером заботились друг о друге в осажденном городе, без сомнений отправляясь на выручку по первому сигналу…
Куда все ушло? Неужели дружба — привилегия только детства?
— Нет, конечно, — негромко ответила мне Мелисса, и я поняла, что последний вопрос пробормотала себе под нос. — Настоящая дружба не растворяется во времени. Просто ваша тонкая, невидимая связь стала чем-то иным. Получила подтверждение — магические узы звезды. И это напугало вас. Когда притяжение слишком сильное, мы начинаем отталкиваться, искать любые заслоны, чтобы не раствориться друг в друге.
Наверное. Мелиссе виднее. С высоты-то прожитых лет…
Я и моя звезда.