-Здесь ничего не изменилось.
-Ты знаешь, я консерватор, да и дома мало бываю, чтобы что то менять.
Повсила Неловкая пауза.
- Виктор Викторович настоял чтобы я пришёл, хотя не понимаю чем могу помочь. Если сейчас важно не разводится, то мы можем подождать, я не тороплюсь, я буду в Москве ещё два месяца, почти до Нового года, на учёбе, так что..
-Да я сама не знаю нужно или нет, следствие в тупике, нет никаких зацепок по делу Бориса, а про Юлю вообще нет уверенности, что это как-то связано.
-Ну кого-то же подозревают?
-Ага, всех нас, все мы наследники прямо или косвенно, все мы ненавидели Юлю.
-Бориса тоже не все любили
-Да, правда. Кто то аж до смерти не любил.
-Ты никого не подозреваешь? Ну может на празднике было что-то странное?
-Костя, ты в следователи решил переклассифицироваться? Все эти вопросы мне задали миллион раз. Я была только с самолёта, ужасно устала, никого особо не разглядывала и поговорить не успела почти. А наши праздники это всегда больше похороны, тебе ли не знать. Я никого не подозреваю, потому что кто бы это ни был будет больно мне или моим близким. Обо всех плохо могла только Юля, но её нет.
-Прости, я правда хочу помочь, только не знаю чем. Может тебе не стоит жить одной? Переехала бы к бабушке например, или к Лене.
-От бабушки ужасно сложно добираться, да и она с трудом выносит мое музицирование, говорит, что ей нужно больше тишины, к чему нам мучать друг друга. А Лена как раз к ней переехала, переживает. Даша предлагала к ней, но боюсь мы с Федей вдвоём изведкм Дашу, характер у нас у обоих не сахар. Так что лучше уж я дома, да и потом это ж может где угодно случится, если все таки кто-то открыл на нас охоту. Я как-то в это не очень верю, это у следователя теория вселенского заговора, а я трезво оцениваю, что наследство Бориса это ж не миллионы Форбс, да деньги солидные, но все равно..
Костя не мог оторвать от неё взгляд, ему было ужасно её жаль, почти физически больно её видеть, такую уставшую, изможденную, как будто со смертью Бориса она потеряла часть себя. Да, потеренная, пожалуй, именно так. Он слушал её мелодичный голос и как будто её было этих месяцев разлуки. Хотелось прижать её к себе крепко и вытащить из этого кошмара.
-Костя, ты слушаешь?
-Да, конечно. Ну может хоть сигнализацию в квартире поставить? Хоть что-то.
-Наверное ты прав, надо этим заняться, для собственного спокойствия. Мне как то никогда это было не нужно, вроде охраняемый дом,двор, но сейчас будет не лишним.
-Я сделаю.
-Спасибо.
Неделя прошла легко, как будто действительно и не было этих месяцев. Костя приезжал, что то привозил, потом вместе со специалистами, она его кормила, они разговаривали на какие-то общие, нейтральные темы.
-Ну вот и все. Я все протестировал, все отлично. Если что-то в течение 5 минут ребята приедут, так думаю всем спокойнее.
-Спасибо тебе.
-Да её за что, ладно я поеду, у меня ещё встреча. Если что то будет нужно, звони.
-Ну да, теперь есть твой новый номер. - тихо прошептала Инга, от слов встреча ей как то резко стало не хватать воздуха, почему-то ей представилась девушка. Ладно, это больше не её дело, он помог по старой памяти, не больше. Это она себе нафантазировала.
-Ну же, скажи, что все равно боишься, попроси не уходить, останови меня - не лось в голове у Кости. Он нарочито медленно одевался, надеесь что вот сейчас.. Но ничего не произошло.
За них все решил телефонный звонок. Инга посмотрела на дисплей - мама. Нехорошее предчувствие кольнуло Ингу, она должна быть на работе, а оттуда она редко звонит. Костя замер в дверях, видя её испуганно лицо.
-Да, слушаю.
-Инга, ты где? С тобой все в порядке? Мы сейчас приедем.
-Мама не кричи. Я дома, все хорошо. Что случилось? Зачем вы приедете?
-Даша с Федей разбились на машине, они живы, но оба в больнице. Я очень боюсь за тебя.
Инга осела по стене, не зная что сказать, молча протянула телефон Косте.
С ног на голову
Следующая неделя превратилась для Ионова в сплошной фильм ужасов. Пресса буквально преследовала его, статья выходила одна за другой, несколько журналистов вызвались проводить свое расследование, один из федеральных каналов даже провел шоу на тему загадочных преступлений, хотя никто из семьи там и не выступил, однако обстановка была раскалена до предела. Все фактически обвиняли следствие в бездействие, в том что уже сколько преступлений и никакого продвижения. В итоге дело было поручено передать следователю по особо важным делам, за плечами которого было немало громких раскрытых дел. Начальство было просто в гневе. Ионову же было просто обидно, столько времени и все в пустую, но он не представлял что ещё можно предпринять. Новый следователь оказался очень адекватным, тщательно изучил все записи Ионова, затем вызвал на разговор для пояснений. Ясно было, что ему не хочется во все это погружаться, так как дело легко может стать всяком в связи с отсутствием хоть каких то зацепок. Но работа есть работа.