-Что изменит подтверждение виновности Стаса?
-Наверное ничего, но может быть его мотивы...Знаете по принципу, вдруг кому-то хуже чем мне.
-Бред какой-то. Хорошо, давайте уже закончим с этим. Он виновен, сознался без давления сам. Его версия, что он любил Юлю и хотел её защитить от мужа тирана, который её унижал и мучал. Ему она выгодна, у него хороший адвокат, сейчас ещё может натянет версию про аффект, хотя вряд ли, лекарство и портвейн куплены заранее, сказать что его спровоцировали сложно. Но по моему опыту ему просто не повезло, Юля им манипулировала, хотела денег, он стал ненужным исполнителем, возможно даже его смерть его спасла, придумала это все явно она. Достаточно?
-Более чем. Простите нас. Вы можете идти, прыгать никто не будет, мы скоро уйдём. Спасибо вам.
Юра вышел, все таки не понимал он эту сумасшедшую семейку, то скорее найдите убийцу, теперь точно ли он, а что за мотивы. Скорее бы передать дело в суд и забыть о них, тут у каждого диагноз.
-Там все нормально, они скоро спустятся, не трогайте их пока. Ну и выпишите им штраф административный для профилактики.
На крыше стояла абсолютная тишина, только ветер свистел. Снова первым тишину нарушил Андрей:
-Кажется, он поверил в эту чушь.
-Конечно, мы же все тут психованные, поэтому очень убедительны. Во мне вообще за эти месяцы столько лекарств, что хватит на аптечный киоск. Наверное мои извинения в этой ситуации бессмысленны. Но я должна сказать, что поступила жестоко рассказав все тебе, Лена, я сожалею. Ты имела право знать правду, но не такой ценой и наверное не эту. Ты во всём была права, Юля основной организатор, я зря тебе не верила. Я ни в чем тебя не виню. Во мне говорили злость, обида, напряжение последних дней. В общем ты не обязана меня прощать, даже говорить со мной не обязана, потому что оправдания мне нет. Я ни чем не лучше Бориса, эгоистичная, заносчивая, жестокая. Прости меня, если когда-то сможешь. Я все равно тебя люблю и я себя вряд ли прощу за то что сделала тебе так больно.
Инга медленно пошла к выходу, также медленно за ней пошёл Костя.
-Ты действительно на него очень похожа, но у тебя есть шанс стать лучшей версией, он наконец тебя отпустил, отпусти и ты. Я не злюсь на тебя, но это правда было жестоко, ты ведь не такая. Дай себе шанс быть счастливой.
Инга и Костя ушли, а Лена продолжала безразлично смотреть в одну точку.
-Лена, пожалуйста, пойдём отсюда. Прости, но здесь жуткий холод и я боюсь высоты.
-Я уже ничего не боюсь.
-Лена, я понимаю все это ужасно, я сам долго это переваривал, не представляю какого тебе. Хочешь давай уедем, или начни чем-то совершенно другим заниматься, чтобы не напоминало о Борисе, ведь вопрос о деньгах не стоит, или усынови ребёнка, например, в твоей жизни появиться смысл. Сделай хоть что-то, начни жить, а не продолжать быть чьей-то тенью.
-Я преступница, у меня не будет нормальной жизни.
-Да о каком преступлении вы с Ингой все время говорили? То что после правды захотела его убить? Это просто эмоции.
-Я убила Юлю. Это вышло случайно, но я убийца. Какая жизнь может быть дальше? Я убила из-за человека, для которого я пустое место.
-Для меня это неважно, но судя по словам следователя она это заслужила. Если не можешь жить с этим сознайся, если не готова, то начни новую жизнь, вечное самобичевание никому не поможет, проще уж тогда действительно прыгнуть.
-Я не знаю, не знаю как будет лучше.
-Пойдём отсюда, не решать же прям здесь.
Инга двигалась механически и беззвучно плакала, Костя тенью шёл за ней. Она шла не разбирая дороги довольно долго, усталость накатила на неё в один момент и она чуть не упала в обморок прямо по среди улицы, но Костя успел её схватить.
-Как ты нашёл меня?
-Я шёл за тобой.
-Я не про сейчас.
-И я тоже. Я не ушёл после скандала, боялся ты натворишь глупостей, сидел на лестничном пролёте на этаж выше.
-Ты слишком хорошо меня знаешь.
-Да уж. Сначала просто ждал внизу у студии, но когда приехал Андрей, испугался, он мне сказал, что вы на крыше и я пришёл с ним.
-Это она толкнула Юлю, случайно конечно, и нашла её второй телефон, потом мы разыграли спектакль с нападением и подкинули следователям телефон.
-Про Юлю я понял ещё на крыше, когда она все порывалась сознаться в преступлении, я её не обвиняю, неизвестно что лучше, жить с этой тайной всю жизнь или разрушить все своим признание, но нападение, а как же рана?