Прежде всего следует отметить, что если считать это решение ошибкой, то ошибка была грандиозных размеров. Белоэмигранты отнюдь не затерялись среди многих тысяч казаков, находившихся под контролем 78-й дивизии английской армии. Среди казачьих генералов, переданных советским представителям в Юденбурге, один лишь Доманов был — по советскому и английскому определению — советским гражданином. Остальные — Петр и Семен Красновы, Шкуро, Соломахин, Султан-Гирей Клыч, Васильев и многие другие — были известными эмигрантами, покинувшими страну после гражданской войны. По ведомостям Казачьего стана, не меньше 68 % офицеров Доманова, или около 1430 человек, являлись старыми эмигрантами *584. Среди рядовых и младших офицеров, а также женщин и детей это соотношение существенно меньше, но вряд ли мы преувеличим, предположив, что по меньшей мере 3 тысячи обитателей Казачьего стана были старыми эмигрантами, не подлежавшими репатриации.
Никак нельзя сказать, что старые эмигранты не старались привлечь внимание к своему статусу. Султан-Гирей прибыл в лагерь в Шпиттале в полной форме царского офицера *585, генерал Кучук Улагай размахивал перед всеми своим албанским паспортом *586. В Пеггеце многие показывали растерянному майору Дэвису нансеновские паспорта и паспорта различных европейских стран *587.
Вообще у командиров Зб-й пехотной бригады и 78-й пехотной дивизии вполне могло создаться впечатление, что у казаков заправляют делом исключительно старые эмигранты. Буквально все казацкие представители, с которыми вступали в контакт генерал Арбетнот и бригадир Мессон, — генерал Васильев, Николай Краснов, Ольга Ротова, капитан Бутлеров — были несомненно старыми эмигрантами. В военном дневнике бригады Мессона упоминается о наличии «царских эмигрантов» среди добровольцев, пришедших во власовскую армию *588.
Кроме того, это были не обычные эмигранты. Большинство представителей старшего поколения воевало в Первой мировой войне, в которой Англия и Россия были союзниками. Мало к кому из белых генералов англичане относились с таким почтением, как к Андрею Шкуро. 2 июня 1919 года он был награжден орденом Бани *589 за героические действия, совершенные совместно с английскими войсками *590.
Конечно, с 1919 года мир сильно изменился. Казаки уже не были союзниками англичан, а Шкуро сотрудничал с немцами — хотя в основном чисто номинально *591. И тем не менее — во всех приказах английского командования относительно выдачи казаков неоднократно подчеркивалось, что не советские граждане выдаче не подлежат. 21 мая бригадир Мессон получил первый такой приказ из штаба 5-го корпуса от генерала Китли. Этот текст представляется нам крайне важным.
Тема: определение русских граждан.
В связи с обсуждением 21 мая в штабе 5-го корпуса вопроса о выдаче советских граждан.
1. В последнее время штаб получил сведения о случаях, в которых возникали сомнения по поводу того, следует ли считать членов некоторых формирований и групп советскими гражданами и репатриировать их в СССР. Ниже перечислены правила, которыми следует руководствоваться в этих случаях. Члены русского «шуцкорпса» (в том числе и румыны) не считаются советскими гражданами впредь до последующих распоряжений. Советскими гражданами считаются: группа атамана, 15-й Казачий кавалерийский корпус (в том числе казаки и калмыки), резервные отряды генерал-лейтенанта Шкуро, кавказцы (в том числе мусульмане). 2. Отдельные случаи будут рассматриваться только в порядке исключения. При этом будут применяться следующие правила:
а) Всякое лицо, находящееся теперь в наших руках, примкнув
шее ранее к немецкой армии или частям, воюющим на стороне немцев, и проживавшее в пределах СССР по состоянию на 1938 год, считается советским гражданином и подлежит выдаче.