Мама стояла в коридоре. Она только что вернулась с работы и все видела.
— Мама, — сказал я.
Она ответила долгим умоляющим взглядом, и мне показалось, что сейчас она подойдет ко мне и обнимет в утешение.
Но она еще раз печально на меня посмотрела и пошла в спальню — переодеваться.
— Кто курил? — спросил Рассел, понюхал воздух и обернулся к обеденному столу. — Ты, Верн?
— И что? — сказал Верн.
— Я не желаю дышать чужим дымом. В следующий раз будешь выходить.
— Прости, Рассел. Может, я прямо сейчас и выйду?
Почему-то я был уверен, что он не ограничится одной только сигаретой.
— Давай быстрее. Ладно, вернемся к нашему делу. Как тут мой дружочек Ронни?
Барлоу сказал:
— Мне нужно в уборную.
Рассел не обратил на него внимания.
— У вас есть семья, Ронни? Три дочери, да?
Слеттери молчал.
— Вы изменяли жене, Ронни?
— Я не обязан вам отвечать.
Рассел положил руку на кобуру.
— Не обязаны, — сказал он. — У вас есть выбор.
— Нет, — сказал Слеттери. — Я… отвечу. Я ни с кем не встречался, пока наш брак не…
— Ронни, — пожурил его Рассел, — если мужчина не может исполнять брачный обет, можно ли доверять его слову? Вы любите своих дочерей, Ронни? Сколько им лет, кстати?
— Шестнадцать, четырнадцать и шесть.
— Они ведь живут не с вами, да?
— Я провожу с ними выходные. И праздники…
— Выходные. Но, я думаю, это лучше, чем ничего, правильно?
— Пожалуйста, — пролепетал Слеттери, — чего вы хотите?
— Я на вас рассчитываю, Ронни. Я хочу, чтобы все прошло гладко.
— Черт, у меня сейчас мочевой пузырь лопнет! — крикнул вдруг Барлоу. — Хотите, чтобы я сделал прямо на пол?
Рассел усмехнулся:
— Аптон, сдается мне, что у вас прогрессирующая опухоль простаты. Мужчинам вашего возраста нужно принимать экстракт пальметто. — Он поднял руку и щелкнул пальцами. — Бак, проводи мистера Барлоу в туалет.
— Мне тоже нужно в уборную, — сказала Шерил.
— По очереди, по одному, — ответил Рассел. — Итак, Ронни, мы придумали, как осуществить эту трансакцию?
Слеттери угрюмо кивнул.
— Подождите, — сказал вдруг Бросс. — Мы не имеем возможности сделать перевод банковских средств отсюда.
— Не имеете?
Бросс утвердительно кивнул:
— Не имеем. Онлайновые запросы в банк о переводе денег могут исходить только от компьютеров из штаб-квартиры «Хаммонда».
Несколько мгновений Рассел с любопытством смотрел на него, склонив голову к плечу.
— Повторите, пожалуйста, как вас зовут.
— Кевин Бросс.
— Бросс, — повторил Рассел. — Ладно, Бросс, объясните мне это поподробнее. — Тон у него был нарочито невинный. — Понятными словами, пожалуйста.
— Видите ли, у каждого компьютера есть так называемый айпи-адрес. И компьютеры банка не станут говорить с вашим компьютером, если у него неправильный айпи-адрес.
— В самом деле? — спросил Рассел. — Черт, это плохая новость.
Бросс кивнул:
— Мне жаль, но именно так обстоят дела.
— Вот интересно. — Рассел полез в карман и вытащил серую пластмассовую штучку длиной несколько дюймов. На ее круглом конце был ярко-зеленый логотип нашего банка, на узком — ЖК-разъем. — А когда я позвонил в ваш банк, мне ответили, что я могу начать переводить средства с корпоративного счета, будучи в любой точке мира, нет проблем. Я подозреваю, что вот эта штука, наверное, и есть идентификатор безопасности.
Бросс облизнул губы:
— Правильно. Но внутри «Хаммонд аэроспейс» есть целая система протоколов безопасности, Рассел…
— Мне казалось, Бросс, вы меня уверяли, что банковские компьютеры не опознают неавторизованных айпи-адресов.
Бросс на несколько секунд замялся.
— Я рассказываю вам все, что знаю…
— Вы что-то знаете, Бросс? Я в вас разочаровался, вице-президент по продажам и прочее. Итак, наши планы несколько изменились. Я хочу провести короткую беседу с каждым из вас отдельно. Каждый наедине расскажет мне все, что знает о том, как вывести деньги со счетов «Хаммонда». Таким образом я пойму, не пытается ли кто меня надуть, — если замечу противоречия. Будете меня обманывать, ваши ряды поредеют. И последнее. Цена растет. Пусть это будет вам уроком. Теперь — пятьсот миллионов. Полмиллиарда.
Вдруг свет погас и все погрузилось в темноту.
— Где управляющий? — прозвучал в темноте голос Рассела.
— Здесь, — ответили с другой стороны камина.
На чистом ночном небе сверкали звезды, и комнату заливал голубоватый свет. Мои глаза быстро привыкли к темноте. Рассел направился в другой угол зала, за камин.