— Бедняжка. Ты нервничаешь? — Она смеётся. — Ты выглядишь…
— Злым?
— Я собиралась сказать «страдающим запором», но злость тоже подходит. Ты нечасто улыбаешься, не так ли?
Почему она тогда пошла со мной на свидание, если думает, что я такой брюзга? Затем я хмурюсь ещё сильнее, понимая, что на самом деле веду себя как последняя задница.
В свою защиту скажу, что я нервный и параноидальный. Совсем не готовый к этому свиданию, в которое меня втянули против моей воли — что несправедливо по отношению к Миранде, и я тоже это понимаю. Дело не в том, что она мне не нравится или я не считаю её потрясающей; я просто не знаю, как вести себя с девушкой, которая ничего от меня не хочет. Я привык к женщинам со скрытыми мотивами.
К этому нужно привыкнуть — я имею в виду, что девушка заказала стакан чая за четыре доллара в элитном ресторане.
Приносят напитки. Миранда откидывается на спинку своего мягкого, обитого бархатом сиденья и смотрит, как я добавляю подсластитель в свой, а затем кладу крошечный пакетик с мусором на блюдце.
— Могу я тебе кое в чём признаться? — Её тон немного нерешительный, но она, кажется, полна решимости что-то мне сказать.
— Да, конечно.
«Покончи с этим сейчас; скажи мне, что ты здесь только для того, чтобы обсудить бейсбольные карточки. Покончи с этим».
Я беру себя в руки.
— Я действительно удивлена, что ты пригласил меня на свидание.
Мои брови поднимаются, но потом я чувствую на себе несколько пар глаз, и волосы на затылке тоже встают дыбом. Инстинктивно я немного поворачиваю голову, чтобы посмотреть, кто за нами наблюдает.
Пара за соседним столиком поймана с поличным, но, по крайней мере, у них хватило порядочности быстро отвести взгляд, когда я встретился взглядом с женщиной с мобильным телефоном в руке, направленным в нашу сторону.
«Мило. Спасибо за уединение, леди», — хочу я прокричать через весь шикарный обеденный зал.
— Почему? — Клянусь, мой голос срывается, когда я спрашиваю, напряжение взрывает моё тело, пара за другим столиком продолжает ловить мой взгляд и отвлекать меня.
Пытаюсь сосредоточиться на том, что говорит Миранда.
— Я подумала, что тебе это неинтересно, особенно после «Платы». Помнишь, как ты сбежал?
— Я не сбегал. — Улыбка начинает медленно расползаться по моим губам, и я размешиваю сахар в своём чае тонкой соломинкой. — Мне нужна была минутка.
— Минутка? — Поддразнивает она. — Это так теперь называется?
— Послушай, я не силен в такого рода вещах, если ты ещё этого не поняла.
Миранда наклоняется вперед на своём стуле, декольте немного округляется, на лице кокетливая ухмылка.
— О, я поняла это. Просто не могу понять, почему.
Почему?
— Ты высокий, симпатичный, и кажешься… — Миранда замолкает и наклоняет голову. — На что ты всё время смотришь? — поворачивает голову и замечает молодую пару, наблюдающую за нами. — Они что, пялятся на нас?
Да, на 100 % так оно и есть, но я ей этого не говорю.
— Я так думаю.
Она смотрит на меня.
— Эм… почему?
Нас прерывает официантка, которая ставит хлеб на стол перед нами, блокнот лежит у неё на предплечье, ручка зажата между пальцами другой руки.
Выжидающе переводит взгляд с меня на Миранду.
— Я буду ризотто с рёбрышками. — Она закрывает меню, которое держит в руках, и возвращает его Беверли, заказывая суп вместо салата. — Я всегда заказываю ризотто, если оно есть в меню, — признаётся она мне, после того как я заказываю доброй старой Бев филе среднего размера с грибами и брокколи на гарнир. Клин-салат, соус сбоку.
— Так о чём мы говорили? — Она выжимает лимон в свой напиток. Перемешивает чай ложкой, затем кладёт на блюдце чашки. — О, верно — мы обсуждали причину, по которой ты сбежал из клуба. Я что-то не то сделала? Потому что, если я чем-то тебя обидела, мне очень жаль.
— Обидела меня? Ты?
— Ну, а какая ещё может быть причина? Я знаю, что иногда бываю чересчур, но не думала, что я настолько плоха. Можешь сказать мне, если я была слишком наглая. Будь честен.
— Ты не была слишком наглой. Ты была… — Я просматриваю банк слов в голове, останавливаясь на «доброй».
— Доброй? — Её смех очарователен, но сардоничен. — Это не то, как бы я назвала то, что прилипла к тебе всем передом в прошлую субботу.
— Всем передом? — Я чуть не давлюсь хлебом во рту, пытаясь проглотить его целиком. Плохая идея. Кашляю, прикрывая это действие салфеткой со своих колен.