Сейчас, изучая материалы дела, переданные окружным прокурором, Джордан сомневался, что обвинение Джека Сент-Брайда — не выдумка.
Он открыл дверь и прокрался по коридору к собственной спальне, которую, как истинный джентльмен, уступил Селене. Свет месяца заливал комнату, и на мгновение от вида этой женщины, спящей на его кровати, у Джордана перехватило дыхание. Он ничуть не удивился, когда Селена почувствовала его присутствие и тут же проснулась. Ее рука скользнула под подушку.
— Ты же не спишь с пистолетом под подушкой в моем доме? — пробормотал Джордан. — Похоже, на этот раз мне повезло.
Селена повернулась на бок.
— Выйди из моей спальни, Джордан, — пробурчала она из-под одеяла.
— Это моя спальня.
— Тем не менее твое присутствие здесь нежелательно. Тебе прямо сказано: «Уходи». Если только ты не набрался у своего клиента опыта в отношениях с женщинами.
— Как раз о Джеке я и хотел с тобой поговорить.
Селена, смирившись, перевернулась на спину.
— В три ночи?
— В четыре. Но какая разница? — Джордан присел на кровать возле Селены. — Ты читала материалы дела?
— Кое-что.
— Там есть пробелы.
Она пожала плечами.
— В делах всегда есть пробелы. По крайней мере, так ты мне говоришь.
— В половине случаев я лгу, но только не в этот раз.
— Итак?
— Царапина. Помнишь, я тебе рассказывал? Лечение у психиатра. Да и версии девочек кое в чем расходятся.
— А как насчет вещественных доказательств?
— Результатов пока нет, — признался Джордан.
Селена просмотрела копии документов и взглянула на него.
— Но ты же не думаешь…
— Да, — подтвердил Джордан. — Вероятно, Джек говорит правду.
Мэтту снился кошмар.
Он находится в суде и смотрит на присяжных так, словно хочет их загипнотизировать, потому что дела об изнасиловании на самом деле выигрывает тот, кому присяжные больше верят.
— Мистер Гулиган! — обращается к нему судья.
— Да, Ваша честь. Прошу прощения. — Он пытается ослабить галстук, чтобы не задохнуться. — Обвинение вызывает Джиллиан Дункан.
Вспышки камер, суета, присутствующие вытягивают шеи, чтобы увидеть, как к месту для дачи свидетельских показаний идет главный свидетель обвинения. Но двери не открываются, Джиллиан в зале суда не появляется. Мэтт пытается узнать у пристава, где свидетельница, но его останавливает голос судьи:
— Господин прокурор, у вас какие-то проблемы?
— Я не могу найти своего свидетеля, — признается Мэтт.
— Она уже здесь, — указывает судья на место свидетеля.
Мэтт видит пустую трибуну, но все равно быстро подходит к ней, хотя ноги его не слушаются, и кладет руку на резной барьер.
— Назовите, пожалуйста, для протокола свое имя, — просит он.
В ответ молчание. Мэтт осматривает свидетельскую трибуну и видит, что у ее основания лежит его собственная дочь. Молли улыбается ему, как будто знает, что он сможет ее спасти.
Джордан с некоторым злорадством смотрел, как в крошечную комнату для свиданий в сопровождении конвоира, потирая сонные глаза, входит Джек.
— Джордан? — удивился он. — Сейчас же ночь!
— Раньше это тебя не останавливало.
Он откинулся назад, разглядывая своего подзащитного.
— Что? — спросил Джек, глядя на свой комбинезон, как будто на нем появились пятна крови или другие обличающие его улики. — Мне уже вынесли приговор?
При этих словах Джордан чуть не расплылся в улыбке.
— Ты бы обязательно присутствовал со мной в зале суда.
— Тогда зачем вы пришли?
Джордан положил локти на стол.
— Потому что на меня снизошло озарение, — медленно произнес он.
Джек с сомнением посмотрел на адвоката.
— Рад за вас.
— На самом деле радуйся за себя. — Он придвинул Джеку через стол пластиковую папку. — Сегодня прокурор передал мне материалы дела. Не хватает только результатов экспертизы. — Глядя, как Джек открывает папку и просматривает документы, Джордан смущенно откашлялся. — Я редко это говорю, а в глаза подзащитному — вообще никогда, так что это дается мне нелегко. Господи… — Он покачал головой, и его шею залила краска стыда. — Всего три слова, а я не могу их произнести.
Джек настороженно посмотрел на адвоката.
— Вы же не станете признаваться мне в любви, нет?
— Нет, конечно! — возмутился Джордан. — Я тебе верю.
Теперь у Джека перехватило дыхание.