Наблюдаю, как младший сын быстро сбегает к маленькой девочке. Она тоже краснеет, опускает глаза в пол и с улыбкой убирает прядь светлых волос за ушко.
Неужели…он влюбился?…
Девочка выглядит хорошо. В смысле, они все, разумеется, выглядят хорошо. Как иначе? Молодые, полные жизни, планов, но…я имею в виду, что о такой девочке, наверно, мечтала бы каждая мама. Тихая, спокойная – это видно сразу. Никаких шпилек огромных, которые носят одноклассницы Артура, да и Артема тоже. У нее милые туфельки на плоской подошве, длинная, школьная юбка. Вы не подумайте, здесь у всех одинаковая юбка – форменная, но кто-то укорачивает ее или, как было в прошлом году, вовсе носит старую. Помню, созывали родительское собрание по этому поводу. Были обеспокоены. Девочки сидели на страшных диетах, соревновались, чтобы в эту самую юбку влезть, и одна даже шлепнулась в обморок…короче, кошмар. Я тогда порадовалась, что моя дочь школу окончила давно, потому что кто-кто, а она точно участвовала бы в этом бреде. Вероника очень щепетильно относится к своей внешности и постоянно пробует новые диеты, но худеет не маниакально. Слава богу. Маниакальность сейчас не в моде, а вот ЗОЖ – да, а так как она блогер, то одна из ее популярных рубрик – это как раз питание и комплекс упражнений.
Но сейчас не об этом. Девочка эта не похожа на других. Она больше похожа…если честно, то на меня в юности. Такая…заучка с хвостиками, книжками и трепетным взглядом, который она дарит моему сыну.
Мы с Олегом переглядываемся. Он думает о том же, о чем и я: мой сын впервые влюбился, и это очевидно.
Прячем улыбки, отворачиваемся, чтобы не смущать парочку. Я жду, пока Олег переодевает сменную обувь, потом провожаю его в раздевалку и показываю, куда нужно будет вешать свою одежду. Он очень сосредоточенно все запоминает. Это выглядит забавно. Теперь я одна прячу свою улыбку, чтобы не смущать мальчика, и аккуратно подталкиваю его в сторону коридора.
– Вот сюда.
Он кивает пару раз. Волнуется…
Дальше идем в тишине до кабинета директора. Алена Дмитриевна встречает нас теплой улыбкой.
– Здравствуйте-здравствуйте. А я уже заждалась…
– Здравствуйте, Алена Дмитриевна, – улыбаюсь в ответ и снова подталкиваю Олега в спину, – Показывала Олегу вашу раздевалку.
– Это хорошо. И как?
Она опускает глаза на Олега, а тот сразу же заливается краской и неразборчивой бурчит.
– Нормально.
У меня почти срывается смешок, который я вовремя успеваю удержать в себе. Все-таки не надо провоцировать Олега, ему и так несладко.
Следующие пятнадцать минут мы беседуем. На каникулах Олег прошел тест, благодаря которому его определили в класс, который больше нацелен на гуманитарные науки. Он хорошо пишет, и у него явная предрасположенность к литературе и иностранному языку, а математика хромает. Алена Дмитриевна говорит, что в этом нет ничего плохого: все люди разные и имеет свои таланты. Этим мне школа и нравится, кстати. Здесь максимально дружественная обстановка с приходом именно ее на пост директора – это во-первых, а во-вторых, здесь никто не считает, что гуманитарий равно «свободная касса», как считали в моей первой школе. Я тоже гуманитарий, и помню, когда училась в там, завучем работала, простите, грымза, которая буквально издевалась над детьми с проблемами по точным наукам. До того, как об этом узнала мама. Однажды она довела меня до слез на линейке, а когда я пришла домой, и мама это все увидела – заставила рассказать, что случилось. Охо-хо-хо…такой злой я ее никогда не видела. Она буквально разнесла школу по кирпичику, в тот же день забрала мои документы, и я училась на дому неделю, прежде чем мы нашли другую школу. Там проблем уже не было, но вот эту травму я еще долго в себе носила: ты тупая, потому что ни хрена не понимаешь в уравнениях и цифрах.
Хорошо, что здесь не так. Не было так и при первом директора – за такие-то деньги! Но именно Алена Дмитриевна взяла курс на максимальное искоренение травли любого рода. За такое здесь теперь по головке не погладят. После того скандала и ухода прежнего директора, родители тоже держат руку на пульсе: никому не хочется пройти через то, что прошла та семья.
– …Вот так, – заканчивает приветственную речь Алена Дмитриевна и встает.
Мы за ней.
– Сейчас я провожу вас до библиотеки, чтобы вы получили учебники и книги для дополнительного чтения, а потом покажу класс…
Ее телефон начинает звонить. Она слегка хмурится и смотрит на меня.
– Простите, это очень важный звонок. Я отвечу, подождете меня немного?
– Ничего страшного, – отмахиваюсь с улыбкой, – Я же знаю, где у вас библиотека, да и класс мы тоже найдем, да, Олег?
Олег кивает.
– Разговаривайте и не думайте о нас, Алена Дмитриевна. Мы справимся сами.
– Спасибо…я тогда подойду сразу к классу, хорошо? Ну, или если успею, то к библиотеке.
– Конечно! Не торопитесь, мы правда разберемся.
– Спасибо еще раз за понимание. Олег?
Мальчик поворачивается. Алена Дмитриевна дарит ему легкую улыбку и кивок.
– Не переживай. Класс, в который мы тебя определили – очень дружный и хороший. Ты быстро вольешься в коллектив, и я уверена, что проблем с этим у тебя не будет.
– Спасибо, – роняет он.
И я знаю, что он действительно благодарен, но все равно не верит. Его тоже можно понять, конечно, но я очень надеюсь, что совсем скоро это детское доверие, на которое он все еще имеет право – вернется.
***
Пока мы сидели в кабинете директора, прошло достаточно времени, чтобы школа начала оживать. Детей становится все больше, а мое волнение все гуще.
Так или иначе, я чувствую, что встречу старшего сына.
Нелепо…боюсь встречи с собственным ребенком?! Какой бред.
Отмахиваюсь, достаю телефон и пишу Артему, что мы пошли в библиотеку. Сын отвечает сразу же:
Тёмочка
Тогда я тоже туда, сейчас буду O?
Нелепо вдвойне. Да, мы договорились, что я напишу ему после разговора с директором, потому что он хотел быть рядом с Олегом, но…делаю я это не только из-за обещания. Если мне суждено встретиться с Артуром, то рядом с Тёмой эту встречу пережить, мне будет легче.
Вот такой вот бред. Прячусь за спину своего сына…
– Галя? – тихо зовет меня Олег, я пару раз моргаю и перевожу на него взгляд.
– М?
– С тобой все хорошо?
На душе становится теплее. Отбрасываю в сторону все глупые мысли и улыбаюсь, уложив руку на плечо мальчика.
– Спасибо, что умудряешь волноваться за меня в такой момент.
– Пф, – Олег отмахивается, – Я был в детском доме. Обычная школа, даже если она и не совсем такая, для меня – так. Разминка.
Странно, конечно, но я начинаю смеяться. Олег поддерживает меня ответным смехом, и так мы заворачиваем за угол.
А потом резко тормозим.
Артур стоит в окружении своих друзей и громко смеется. На его плече виснет какая-то девчонка. И нет, не такая, как тихонько подозвала Артема. Та самая, которая в прошлом году и заварила всю кашу с экстремальным похуданием – Алиса. Мне она никогда не нравилась, если честно. Задиристая особа. Наглая. Одевается вульгарно, ярко. Уважает исключительно бренды. Помню, когда они были в восьмом классе, эта девчонка загнобила одноклассницу за то, что она носила обычную одежду, почти доведя ту до суицида. Конечно, все это не афишируется, у ее отца очень много денег. Он занимается транспортировкой грузов по всему миру, и, наверно, их семья – одна из самых богатых семей в этой школе. Кстати, вот вам и причина, почему Артур с ней общается. Я была против. После той дикой истории я хотела оградить своего сына от влияния этого маленького монстра, но Толя убедил меня не нагнетать.
«Ты перебарщиваешь, Галя. Она – всего лишь ребенок! Она не понимала, что делала, но Алиса неплохая девочка, а ее отец? Такие связи иметь – это хорошо, а не плохо».
Последняя часть аргумента меня мало волновала, а вот первая…еще и Толя. Он мастер газлайтинга, знает, как перевернуть и что использовать, чтобы ты чувствовал себя идиотом и начал сомневаться в каждом своем слове и действии. Так со мной и было. Я подумала, что действительно…отрезать у ребенка шанс – это негуманно, да и глупо. К тому же Артур хорошо общался с Алисой, она была его подругой. Зачем?