- Ладно, учту твое мнение, - сказала Паула. – А вот с Ниси мне очень бы хотелось поквитаться. Я надеюсь, она все-таки окажется за решеткой: ведь до сих пор неизвестно, кто убил Жозиаса.
Новаэс не разделил ее оптимизма:
- Все будет зависеть от показаний главного свидетеля. Жостау сказал мне, что тот наркоторговец был задержан полицией и на днях будет доставлен в Сан-Паулу.
- Он не должен выступить на суде! – истерично вскрикнула Паула.
- Тише, тише! – испугался Новаэс. – Не забывай, где мы находимся!
- Но надо же что-то делать, - возразила она. – Я не могу сидеть сложа руки.
- Об этом поговори с Жостау, - шепотом произнес Новаэс. – Он уже что-нибудь предпримет.
- Ты молодец, папочка! – расцеловала его Паула.
А на следующий день произошло событие, перечеркнувшее все усилия Луиса-Карлуса и федеральной полиции, много дней охотившихся за главным свидетелем убийства Жозиаса. В Сан-Паулу наркоделец прибыл в сопровождении двух охранников, но когда он вышел из машины у здания полиции – внезапно прогремел выстрел, сразивший его наповал.
Охранники бросились вдогонку за стрелявшим и схватили его. Им оказался некто Хорху отчаявшийся отец наркомана, который, по его словам, отомстил наркоторговцу за гибель своего сына.
Мотив преступления выглядел весьма правдоподобно, а сам Хорху пребывал в состоянии такого сильного перевозбуждения, что был отправлен не в тюрьму, а в психиатрическую больницу, откуда благополучно сбежал в ту же ночь.
Таким образом, Паула с полным основанием праздновала победу: безработный провинциальный актер, которому она заплатила немалые деньги, отработал их сполна, сыграв самую рискованную роль в своей жизни.
Глава 41
А Ниси после всех этих событий окончательно впала в уныние.
- Почему ты сразу же не спросил наркоторговца, кто всадил этот проклятый нож в Жозиаса? – упрекала она Луиса-Карлуса, не принимая во внимание его оправданий.
А он говорил, что не мог этого сделать, поскольку наркоторговец вообще не хотел иметь никаких дел с полицией, потому и скрывался все это время, переезжая из города в город.
- Пойми, его даже пришлось арестовать, чтобы привезти на допрос как свидетеля!
- Но ты же присутствовал при его аресте, почему не спросил? – не унималась Ниси. – Может, он бы и ответил тебе или хотя бы намекнул, кто это был – мужчина, женщина…
- Ты все еще подозреваешь наших родителей? – насторожился Луис-Карлус.
- Нет, в отце я абсолютно уверена. А вот мать…
- Если бы она была виновна, то не послала бы меня в Рио, чтобы я привез оттуда свидетеля, - возразил Луис-Карлус.
- Да, наверное… А охранникам он ничего не успел сказать?
- Нет, к сожалению.
Они помолчали, думая все о том же – о предстоящем суде, на котором Ниси будет очень трудно доказать свою невиновность.
- Знаешь, Кайо считает, что все это похоже на бытовое убийство, - вновь заговорила Ниси. – Как будто поссорились двое приятелей, и один пырнул другого ножом. Кстати, ты ни у кого не видел когда-нибудь такого ножа: длинное узкое лезвие, а ручка искривленная, загнутая книзу. В полиции говорят, что нож самодельный.
- Нет, не видел, - подумав, ответил Луис-Карлус. – Вообще этот нож мог принадлежать и самому Жозиасу, если все было так, как предполагает Кайо.
- Ладно, хватит об этом думать, а то с ума сойти можно, - сказала Ниси. – Расскажи лучше, как вы встретились с Лижией.
Луис-Карлус смутился.
- Ну, как обычно встречаются двое влюбленных после разлуки? Радостно! Мы могли бы уже сейчас пожениться, если бы не твой суд и не ссора моих родителей.
- У Лижии тоже родители разошлись, - напомнила ему Ниси.
- Там совсем другой случай. Сеньора Марилу уехала в Европу с любовником, а сеньор Сиру, вероятно, вскоре женится на Дуде. Наши же отец и мать любят друг друга и разбежались по глупости. Я не теряю надежды их помирить.
- Я тоже, - улыбнулась Ниси. – Отец уже почти дозрел до того, чтобы простить матери ее прошлое. Мне кажется, твоя женитьба на Лижии может стать хорошим поводом к их примирению. Ведь на свадьбе они должны быть вместе, рука об руку.
- Мне хотелось бы, чтоб и моя сестра к тому времени помирилась со своим мужем.
- Ой, не надо! – взмолилась Ниси. – Это еще одна болезненная тема…
- Но Родригу любит тебя. Он сам мне говорил, - заметил Луис-Карлус.
- Его слова ничего не стоят, - вздохнула Ниси. – К сожалению, я в этом не раз убеждалась. Мне сейчас надо думать только о ребенке и о том, как защитить себя на суде.