Скованный цепями, в рваных лохмотьях, этот человек выглядел так жалко, что генерал мог наступить на него чтобы раздавить, но этого было мало. Я поняла это в тот момент когда мужу поднесли кожаную плеть. Человеку на коленях предстояло публичное унижение.
-Я покажу тебе жирная свинья, какие могут быть последствия того, что ты жрал хлеб моих людей. Я выверну твое набитое брюхо кишками наружу, а душу буду трести из тебя до тех пор пока ты, мерзкое отродье, не издаешь последний вздох, - сказал генерал наклонившись с лицу мужчины, который дрожал всем телом, как от озноба.
Он сказал это не громко, сейчас мой муж не просто приводил в исполнение приговор подписанный Императором, а сводил еще и личные счеты, но то с каким удовольствием, блеском в глазах он это делал, как говорил каждое слово буквально смакуя заставило меня пошатнуться назад. Мысли разрывали на части, во мне рождался страх, он травил меня, ломал, по коже пробежал холод.
-В наказание предателю Великой Империи назначено двадцать ударов плетью и заключение под стражу до конца его жизни, - прокричал молодой военный рядом с моим мужем и толпа вздрогнула, - Волей Великого Императора привести приговор в исполнение!
Раздался свист высоко в воздухе. Хлыст занесенный над головой обвиненного разрезал воздух, а потом и ветхую ткань на спине министра. Толпа ахнула. Брызнула алая кровь, окрашивая одежды. Следующий удар и новые кровавые следы от лопнувшей кожи на спине мужчины.
Запах кожи, крови и боли ударил мне в нос и голова закружилась.Я зажмурилась, кажется пропали все звуки и голоса, когда я вновь открыла глаза и поняла, насколько может быть безжалостный человек, которого я называю мужем.
Он продолжал наносить удары плетью раз за разом по спине мужчины, который уже не мог кричать от боли, он завалился на бок и кажется даже не стонал. Его старое, тучное тело лишь дергалось в те моменты когда плеть опускалась на залитую кровью спину.
-Интересно, он хоть живой еще? - спросил кто-то рядом.
-Вряд ли , - тут же ответили ему.
Мне захотелось закричать, остановить эту жестокость, которая кажется не закончится никогда и даже если тело этого человека распадется на куски мой муж будет продолжать бить и истязать его.
Я смотрела и чувствовала эту нестерпмиую боль, как свою. Набрав полные легкие воздуха, я собралась с силами чтобы крикнуть, остановить эту пытку, но в этот самый момент Луиза резко потащила меня в обратную сторону.
-Пойдем. Здесь больше не на что смотреть, толпа уже начала расходиться, мы сможем проехать, - я хотела возразить, но то с какой силой она продолжала меня вести за собой заставила вспомнить про ее маму.
Я обернулась последний раз и увидела на лице мужа капли крови. Он был похож на кровожадного, безумного хищника решившего прежде чем полакомится своей добычей замучать играючи её до смерти.
Глава 16.
Всю дорогу до дома Луизы меня не оставляла мелкая дрожь, лицо моего мужа, запачканное кровью, слишком довольное все еще стояло перед глазами. Ощущение того, что он следит за мной прямо сейчас, наблюдает, знает, что я делаю и специально выжидает момент чтобы поймать и так же прилюдно наказать калечило мысли, делаю каждый следующий вздох тяжелым.
Пришла я в себя только когда дверь кареты открылась, и Луиза радостно сообщила что теперь мы в безопасности, но в это сложно было поверить, ведь мне предстояло еще вернуться незамеченной обратно.
Особняк, в котором жила девушка был не таких грандиозных масштабов, как тот, что принадлежал моему мужу. Это небольшое одноэтажное строение буквально утопало в плюще плотно обвивающего его своими ветками-лианами. Зелени плюща было настолько много что практически не было видны окна. Во мне спорили ощущения таинственности, уединения и уюта одновременно. Казалось, что дом хочет спрятаться от посторонних глаз, скрыть все секреты, потому что так будет лучше для всех его обитателей.