- Расскажите мужу о своей боли, вы не должны переживать все это в одиночку, это неправильно. Вы не сделали ничего плохого, в этом нет вашей вины, пусть ответит тот, кто причинил вам эту боль, - она резко отстранилась от меня посмотрев ясным взглядом.
- Ты правда думаешь, что у меня хватит смелось?
- Конечно, вам хватает смелости забираться так высоко на крышу, прыгать по дому, бегать босиком, словно ветер. Вы очень сильная, я знаю это, чувствую, как твердо бьется ваше сердце в груди, оно смогло пережить боль, оно не разбилось от тоски.
- Чтобы я не сказала обратного пути уже не будет, я знаю…
- Вам и не нужно ничего возвращать, вам нужно срочно избавиться от боли, что отравляет вас каждый день, - я взяла ее холодные руки в свои и теплом своей души отогревала. Женщина немного призадумалась, а потом нахмурившись вдруг сделала существенное замечание:
- Ты странно выглядишь, - сказала она словно делая мне замечание.
- Оооо, кто бы, говорил, - ответила я с лёгким пренебрежением улыбаясь, и мы обе громко рассмеялись. Мы смеялись от души, чистый, теплый смех лился по конюшне, а когда мы спустились вниз, то оказывается в конюшне нас уже ждала Луиза и остальные.
Поли тут же укрыла плечи своей хозяйки пледом и повела ее в дом.
- Я вижу у тебя получилось, спасибо, Олли, ты замечательная! Я не зря так верила в тебя! – сказала воодушевленная Лиуза, - Мне хочется плакать от счастья, но я буду держать себя в руках, - она все же проронила слезинку, которую тут же смахнула, потому что очень хотела казаться сильной.
- Лиуза, твоей маме еще предстоит с многим справится, но у нее все получится, больше не стоит за нее переживать, - мы стояли на улице и заметила, что диск Солнца начал клонится на закат, -Луиза, мне срочно нужно уезжать обратно!
-Да, да, не переживай, карета уже готова, я дала распоряжение! Кучер будет гнать лошадей, так быстро, как это только возможно!
- Прощай, - я помахала рукой и стрелой побежала в сторону запряженной кареты, на которую указала Луиза. Во мне еще бурлили эмоции, чувство восторга от того, что мне удалось помочь, окрыляло, но самое главное я радовалась тому, что все обошлось и скоро я вернусь домой.
Глава 17.
Карета неслась по улицам Империи с невероятной скоростью, в поворотах ее заносило и сильно накренившись в бок я боялась выпасть в окно, поэтому держалась за все что можно. Расстав руки я хваталась за стены, впивалась пальцами в кожаное сидение, но все же несколько раз больно ударилась плечом о стены. Карета скрипела, лошади тарабанили копытами каменное полотно улиц, до меня доносились недовольные крики людей, которые видимо были вынуждены отпрыгивать в стороны чтобы уступить дорогу.
- Эй! Куда гонишь ненормальный!!! – вновь раздался недовольный возглас, который тут же пропал, лошади летите стрелой унося меня вперед. Иногда казалось, что карета подлетает вверх отрываясь от земли.
Снова резкий поворот. Колеса пронзительно заскрипели, а я, не удержавшись всем телом ударились об дверь, особую боль я ощутила в боку, когда дверная ручка буквально впилась в кожу.
- Аааа… - застонала я, снова забираясь на кожаное сидение и потирая ушибленное место. Мы неслись с такой скоростью, что я подумала о том, что ценой собственной жизнью я никуда и не спешу, но потом представив перекошенное неистовым гневом лицо мужа подумала, что все же готова потерпеть еще немного.
Жуть… вот бы все обошлось… Думаю, что мое тело будет не просто болеть после такой поездке, но еще и покроется жуткими синяками. Однако, хорошо, что муж этого не увидит.
Но, почему? Почему между нами нет особенной близости, единения тел… Хотя, о чем это я вообще думаю, до этого еще очень далеко, сначала мы должны достичь единения наших душ, а потом и все остальное.
Интересно задается ли мой муж такими же вопросами, ждет ли от меня чего-то большего, думает ли обо мне при свете ночи иначе… Нет! Он же говорил, что я совсем ему не нравлюсь, но как же…
Карета резко остановилась и это вырвало меня из мыслей, а точнее то, что я полетела на диванчик напротив меня и снова ударилась локтем. Наконец-то я приехала, я поправила свой костюм, попыталась заправить за ухо выбившиеся белые пряди и понявшись на ноги толкнула дверь на улицу.
Свет встретил меня, а потом тут же тьма.