- Я хотела бы сначала поблагодарить вас за мое спасение, - мои руки сильнее сжали одеяло, а муж наклонился ближе к моему лицу, в уголках его глаз залегли тонкая паутинка морщинок, которая очень шла его суровой внешности.
- Не стоит, на это у тебя не будет времени, потому что я буду наказывать тебя, долго и беспрестанно. Твой побег из дома приравнивается к нарушению приказа Верховного Генерала. Я твой муж, твой Повелитель, твой хозяин и твоя единственная обязанности слушаться меня беспрекословно, - муж сказал это прошептав мне на ухо и его черные волосы коснулись моей щеки, по телу пробежали странные мурашки. Мои щеки полыхнули жаром. Эта близость пугала и будоражила. Что со мной? Неужели от пережитого страха я окончательно сошла с ума? – Не так ли?!
- Что? – спросила я, хлопая глазами, потому что сейчас пыталась уловить запах этого человека и делала это видимо слишком заметно, я втянула еще побольше воздуха. Мой муж несет на своей горячей коже запах улицы, дыма и соли. Приятный. Пьянящий.
- Что ты делаешь?! – возмутился он немного отстраняясь.
- Эм… я хотела извинится, потому что была не права, но у меня были серьезные причины нарушить ваш приказ, - его взгляд потемнел, а я поджала губы, но не от страха на этот раз, а потом что рассматривала его сухие, бледные губы, они жесткие, я уверена… То есть, нет! Или же да… я почувствовав жар в теле и голос вздохнула.
- Что? Я тебя утомил? Какая жалость, но я только начал, - его красивые губы преобразила саркастическая улыбка. Мой взгляд скользнул по широкой шее, переплетению мышц и связок, спустился ниже к расстёгнутому вороту черной рубашки, открывающему крепкую грудь. Так близко я видела его тело впервые и не могла оторвать взгляд.
- Я понимаю, - пролепетала я просто так, забыв, о чем именно говорит муж. Да и вообще насколько это важно, когда он так близко, интересно он наказывает меня этой близостью или испытывает. А что если последнее, тогда, как я должна поступить. Сердце безумно грохотало в груди.
- Я уже наказал мою нерадивую, неугомонную родственницу за организацию побега. Как она посмела решится на такое у меня за спиной. Ну ничего этот урок она запомнит надолго, - лениво довольный собой заявил мой муж.
- Позвольте узнать, что это за наказание? – спросила судорожно и, кажется, только теперь вернулась из того, морока, что наводила на меня близость этого мужчины.
- Я запер твою глупую сообщницу в Храме, где она будет соблюдать пост и молиться о моем прощение, а специальные люди, приставленные к ней, будут следить денем и ночью, чтобы она делала это как можно старательнее, - с каким-то зверским удовольствием сообщим муж.
- И меня вы тоже отправите туда? – спросила я, задержав дыхание, все же если я не могу вызволить оттуда Луизу, то хотя бы составлю ей там компанию.
- Нет, для тебя я придумал другое наказание. Твое тело слишком слабое, а вот дух гораздо сильнее чем я думал, его я и буду ломать, чтобы ты стала послушной зверюшкой, - мое тело сначала каменеет от страха, а потом начинает плавится и повинуясь какому-то неизвестному порывы я отодвигаю одеяло в сторону и осторожное тянусь руками к мужу, чтобы в следующий миг обвить его за шею руками.
Он сверлит меня взглядом не моргая, он в замешательстве, просто следит, ждет, а я в этот момент действую и приподнявшись сокращаю расстояние, между нами, чтобы впервые коснуться его губ. Я никогда раньше никого не целовала, но это желание настолько сильное, что она сводит с ума, я чувствую, что погибну если не починюсь ему и я подчиняюсь.
Да. Они и правда жесткие. Губы моего мужа сладкие на вкус, оказывается это настоящий восторг — вот так касаться их. Я не верю в то, что делаю и от удовольствия прикрываю глаза. Еще одно робкое прикосновение и снова.
Тело моего мужа напряглось настолько, что стало самым крепким металлом, он не шевелится, а я не могу остановится. Вокруг повисла тишина. Я задыхалась от новых ощущение, а мой муж и вовсе, казалось, не дышал. Мне нравится, как же это приятно, что-то такое было бы сложно представить и еще сложнее описать.
Я поддалась еще вперед и коснулась телом его обнаженной горячей кожи на груди и против воли застонала.
Вероятно, звук моего голоса оборвал эту магию, только что царившую, между нами, и муж грубо сбросил мои руки освобождаясь из моих объятий. Он грязно выругался в сторону и стал еще мрачнее. Он медленно, глубоко дышал и был вне себя от бешенства, а потом схватил меня за плечи и до болезненного жжения сжал их.