- Как ты смеешь!!! – кричит муж раздувая ноздри, а у меня закладывает уши от силы его гневного голоса, -Даже не думай выкинуть что-то подобное еще раз, если тебе дорога твоя жизнь, в противном случае я могу забрать ее прямо сейчас, - он смотрит на меня так словно я была грязь, мусор, словно своим поцелуем я нанесла ему смертельное оскорбление, столько призрения в этом его каждом слове, что я не знаю, как с этим справится, чтобы не захлебнуться от слез.
- Госпожа Роузи Холл, войдите! – закричал муж, все еще держа меня и тут же в мою комнату забежала дрожащая старушка, - Я приказываю вам начать готовить ее к балу у Императора! Пусть она не спит и не ест, но станет благородной, выученной дамой, - кричал муж прожигая меня ядовитым взглядом, - У вас на это есть ровно пять дней и если в конце я не буду доволен результатом, то вам двоим не избежать моего гнева! – и с отвращением отбросил меня на кровать, а сам пошел к двери все еще продолжая чертыхаться.
Глава 20.
Я сбросила туфельки, которые сжимали до адской боли мои бедные ножки, сейчас они болят настолько, что кажется, что я больше никогда не смогу ходить. На мое несчастье, эти убийственные туфельки оказались обязательностью частью приема у Императора, где будет проводиться бал и вальсировать нужно именно в них, но до этого нужно хотя бы научится на них стоять, не то, что передвигаться.
Этим пыткам танцам я подвергаюсь уже три дня подряд, в редких случая на короткое время на эти моя занятия приходит муж. Он слишком серьёзный наблюдает, за тем, как специально приглашенная строгая учительная раз за разом заставляет меня после резко поворота вокруг себя нежно и грациозно низко приседать.
После они встречаются взглядом с мужем, и та неутешительно качает головой, как бы показывая, что тут надеяться не на что. Я и сама это понимаю, но сколько бы не старалась ничего не выходит, я либо не успеваю за музыкой, либо путаюсь в ногах, или вообще теряюсь в очередности движений.
Сейчас же занятие по танцем подошло к концу и за мной должна прийти госпожа Роузи. Старушка взяла на себя все, что касается этикетка и оказывается, что на приемах существует даже правила, как должна благородная дама правильно садится в зависимости от того, стул ли это за столом, стул в свободной зоне или же диван. Из всего что я запомнила, это безупречная прямая спина.
Госпожа Роузи, кажется, вместе со мной не ест и не спит, все ради, того, чтобы я не опозорила Великого Генерала. Я честно, тоже очень стараюсь, засыпаю, когда уже за окном кромешная тьма, а будят меня, когда эта тьма еще остается на своем месте в этом Мире.
Я устаю насколько, что не чувствую вкус еды, хочу пить, но не могу, потому что все время вынуждена что-то запомнить, хочется сбежать, найти себе кусочек тишины и покоя. Ко всему прочему добавляется и то, что я очень переживаю из-за того, что на меня возлагают слишком много надежд…
Госпожа говорит, что я особенная, но конечно же не имея в виду ничего хорошего. Я, путаясь в приборах выложенным на столе в два больших ряда от тарелки, не могу никак понять, кто сначала и кого должен приветствовать и как определить, что перед тобой стоит человек выше тебя статусом ниже или же равным.
Это так странно, что я не могу поздороваться если просто этого хочу. Титул и заслуги моего мужа слишком велики, поэтому я должна дождаться, когда меня поприветствуют первой, а только потом ответить, но если это человек совсем не значительного титула, то отвечать слова не положено, а просто еле заметным кивком головы… какой же кошмар…
Я поступаю не очень хорошо, потому что босиком крадусь от Роузи по первому этажу. Мои еле весомые шажки утопают в мягких коврах коридоров, я слышу, как старушка снова и снова зовет меня по имени сокрушаясь, но мне нужно побыть одной, хотя бы чуть-чуть передохнуть, послушать свои мысли. Немного одиночества, чтобы набраться сил и смысла продолжать дальше.
- Добрый день, капитан Маил, - обращается моя строгая наставница.
- Доброго дня, госпожа Роузи Холл, - отчеканивает молодой мужчина приветствие, а я озираюсь по сторонам, куда бы спрятаться.