- Я… - он едва улыбается краем губ и я, теряя несвязанную мысль.
- И что же он нашел в тебе? – спрашивает с ухмылкой наклоняясь к моему уху запуская жар по шее, - Сейчас я это проверю, - о чем он говорит, чего хочет я не понимаю, его и себя тоже, реакция моего тела на его будоражащую близость заставляет меня окончательно потерять себя, особенно после того, как он наклоняется ниже касаясь лбом моего острого плеча, а второй рукой задирает подол ночнушки пробираясь рукой к моему бедру.
- Аааа… - стону я от этого прикосновения кожа к коже. Так никто еще не касался меня, я чувствую сразу так много, волна мелких мурашек прокатывается по коже, и я выгибаюсь мужу на встречу. Он скользит пальцами выше, сжимая, присваивая. Я прикусила губу чтобы сдержать следующий стон.
- Еще! – громко приказывает он и я бы готова была подчинятся, если бы понимала, что именно он хочет и если бы хоть чуть-чуть могла владеть своим телом, - Ты так сладко стонешь, - да, мне и правда было сладко и томно, кажется весь Мир перестал существовать.
Я вцепила в плечи мужа, потому что ноги уже не держали меня, а он положил руку на мою попу и со стоном сжал так сильно ее, что я почувствовала, как впиваются пальцы в нежную кожу и подалась еще ближе. Только вот чей стон сейчас был мой или его?
Запах кожи на его шее, смоляной, теплый, древесный с дымом. Я воровато вдыхаю его и хочу больше, касаюсь пересохшими губами его шее, не веря собственной смелости. Мой муж замирает и напряжение стягивает сильнее крепкие мышцы, я чувствую это. Чувствую, что сейчас между нами происходит что-то особенное, то, о чем я раньше не могла и думать, но всегда желала.
- Муж мой… - шепчу ему чувствуя, как он расстёгивает на спине одну за одной пуговицы на моей ночнушке.
Он выпрямляется и немного отстраняется, чтобы большими ладонями коснуться моих плеч и сбросить с них ночную рубашку. Ткань скользит по коже и вот свет белой Луны касается моей бледной кожи, он подчеркивает мою наготу. Я полностью обнажена перед мужем и полностью обеззаружена, он оценивающе смотрит, и в тот момент, когда я хочу прикрыться руками останавливает мой порыв.
— Значит ты нравишься ему … - говорит муж задумчиво, рассматривая самые сокровенные места на моем теле, — Значит ты нравишься ему такой, какая ты есть, - задумчиво повторяет не отрывая глаз, а мои щеки пылают жаром, до меня не сразу доходят его слова, - Похоть Император не знает предела, он все время в поиске новых любовниц, вместо того чтобы вести дела. Значит он предложил тебе быть его фрейлиной, он нравится тебе?
- Простите? – сказала я, поежившись, в мгновение жар сменился ознобом, и я обхватила себя за плечи.
- Просить прощение, ты еще обязательно будешь, поверь мне. Я знаю Император красив, и возможно даже ты желаешь его в ответ, но не советую тебе даже пробывать завести с ним интрижку. Может быть для кого-то быть любовницей самого Император и почетно, только вот для тебя это смертельно опасно. Ты принадлежишь только мне, твоя жизнь – моя, твое тело – мое, твоя душа – моя собственность, и даже сам Император не сможет заставить меня отдать ему то, что мне досталось с таким трудом, - Прикройся, - сказал он, поморщившись с призрением и вышел из комнаты оставив меня на едине с болезненным чувством жжения в груди, которое все разрасталось и разрасталось.
Мое прерывистое дыхание сбивали слезы, руки повисли вдоль тела и присев к полу я поспешила прикрыть обнаженное тело тканью под ногами.
Глава 26.
Генерал.
Она бесила, раздражала, воздух, которым она дышала, самое ее существование в его жизни было просто невозможным, но все же она была. Здесь. Рядом. В его доме. Она появилась так, словно это место ждало ее и казалось сам дом, и все присутствующие в нем с облечением громко вздохнули. Все. Но только не он.
Так было всегда. Он шел против жизни, шел наперекор судьбе, сам своими руками с самого раннего детства прокладывал себе путь к славе. Будучи болезненным, слабым ребенком, никто не делал в семье на него большую ставку, просто позволяли ему быть рядом, существовать.