Раненые, уставшие, замершие до костей войны во главе с Генералом возвращались с победой. Рана Генерала сильно кровоточила и вот уже не только его доспехи были алыми, кровь стекала по сапогам, капала на землю, но не смотря на все уговоры, он не согласился перевязать рану, а продолжал стойко держаться в седле и ехать вперед. Боль от ранения была ничтожной по сравнению с болью и виной, которую он испытывал, вспоминая потери в этой битве.
Он привык добиваться желаемого. Был вынужден добиваться. Здесь нет никаких если, только путь вперед, только отправная точка. У него нет времени на сожаления, нет права на сомнения, есть только сердце и дыхание и пока он жив он будет сражаться за жизнь сестры.
И он наконец-то получил желаемое. Хрупкое создание с целительной кровью и правда стало его собственностью, ее кровь имела чудотворное свойства и вот уже сестра не была такой бледной, ее дыхание становилось все громче, кажется, даже ресницы на ее прекрасных глазах стали дрожать. Кровь по каплям, влитая сестре в рот, все больше возвращала девушку к жизни, это стоило всего, всех усилий, времени и средств, что Генерал тратил, но все же было недостаточно.
Точнее не так… сколько нужно было отдать крови чтобы окончательно воскресить сестру?
Ответ на этот вопрос молодой мужчина не знал, сколько бы не задавал себе. И этот выводило его из себя, злило настолько сильно, что хотелось крушить все вокруг. Ярость накрывала его от ощущения беспомощности, а еще ОНА…
Да, теперь Она была его женой по праву. Слишком странная, непонятная, слишком кроткая, низкого роста, с этим непривычным цветом волос, она всегда раздражала его, с самого первого дня, с первого взгляда. Он всегда старался избегать ее, но вот она была повсюду, даже если ее не было рядом, то аромат лилий, что девушка так любила тянулся тонкой нитью по всему особняку, напоминая о ней.
Черт!
Его никогда не впечатляли женщины, какие бы они не были особенные, все они были для него на одно лицо, все желающие получить место его жены ради власти. Женщины смотрели на молодого Генерала, как на ключ к абсолютно всем благам, как способ один раз и навсегда шагнуть в лучшую жизнь. Хорошо, что все эти годы рядом была Ирин, которая старательно отгоняла потенциальных соперниц, в этом и была единственная ценность этой вечно преследующей его девушки.
Его же жена была другая, кажется, она вообще не понимала и не могла оценить всю ту роскошь, в которой жила и статус, который имела, возможно это потому, что она была из деревенских, но Генерал даже считал, что это к лучшему. Рано или поздно всему придет конец, поэтому ей не стоит привыкать к нему, считать особняк своим домой, а его своим мужем.
Но проклятье, она все делала ровно наоборот!
Зачем-то заглядывала ему в глаза и кажется проваливалась куда-то очень глубоко, там внутри, у него в груди все давно уже было мертвым, но от ее взгляда пытливых глаз становилось тепло и это новое чувство нервировало и жутко бесило.
Только война имела значение, только сражаясь он чувствовал, что еще живой, только бой и звон мечей заставляя пылать сердце и продолжать обивать свой ритм. Так было всегда, но потом в его жизни появилась Она…
То, как Она вставала на носочки и тянулась к верхним веткам чтобы сорвать цветы, то, как в этот момент подол ее длинного платья колыхался на верту, кажется, даже ветер любил её и играл с ней, но только не Генерал.
Он смотрел на нее против воли и чувствовал, как каждая мышца превращалась в сталь. Как она хлопала ресницами радуясь проплывающим облакам, то, как смеялась со слугами, то, как пыталась ему угодить выводило и было похоже на пытку, которую он не в силах остановить.
Он бы предпочел никогда не видеть и не знать ее, но она вела себя так словно всегда была рядом, а он просто не замечал ее. Она была лишь средством достижения цели, была нужна лишь ее кровь и Олли, черт бы ее побрал, давно уже знала об этом, но почему-то продолжала твердить о том, что они семья и им суждено быть вместе. Эти ее слова вызывали в нем приступ головной боли! Она вечно лезла туда куда ей не следовало и до остервенения ее хотелось наказать. За все и сразу!
Только вот Генерал понимал, что это хрупкое тело не выдержит не то, чтобы его гнева физически, даже проявление ярости в полной силе в голосе может лишить девушку чувств, поэтому скрипя зубами он держался изо всех сил.