Из вороха мыслей меня выдернул звук отлетающей двери, так ко мне на всех порах неслась растрёпанная Бетти, она чуть не смела дверь на своём пути и теперь стремилась ко мне. Я сжалась и в этот момент подруга буквально на меня напрыгнула.
- ОЛЛИ! ОЛЛИ! Моя мила, ОЛЛИ! – продолжала вопить подруга, повиснув у меня на шее, - Я так по тебе скучала! – вопила она во все горло, - Я так рада видеть тебя! – мое плечо стало влажным от нее слез, а в ухе, на которое она кричала начало звенеть, - ОЛЛИ! Давай будем жить вместе! Хочешь будем жить у тебя или у меня?! – страннее предложение я от нее еще не слышала и поэтому отцепив от себя строго посмотрела на подругу.
Лицо ее было опухшим от слез, красные глаза, потрескавшиеся губы, она была бледной и сильно вымотанной. Внутри нее бурлил целый ураган чувств рвущийся наружу. Я хотела начать высказывать ей, что чтобы она не буду собрать одна малину в лесу и на ее долю, но ее большие, влажные глаза заставили дрогнуть мое сердце и взяв девушку за холодную руку, я усадила ее за стол.
- Бетти, ты знаешь, что странно себя ведешь? – я налила из глиняного кувшина стакан воды и предложила девушке, которая кажется смотрела на меня и не моргала.
- Правда? Ой, прости, я не знаю, что со мной… - промямлила она и тут же начала поправлять взъерошенные волосы, но у нее ничего не получилась. Я взяла деревянный гребень и развернув Бетти к себе спиной распустила растрёпанная косу и начала причесывать ее густые волосы. Ей всегда было сложно справиться с ними самой.
- Рассказывай, что случилось, тебе приснился плохой сон? – гребень постоянно застревал в волосах, стоило бы спросить, сколько вообще времени Бетти их не расчесывала, но почувствовав, что подруга вот-вот снова расплачется я продолжила аккуратно прядь за прядью разбирать этот беспорядок.
- Ну знаешь… да, ты права! Это все сон! Такой долгий страшный сон мне приснился и самое страшное, что в нем не было тебя, а все никак не могла проснуться!
- Бетти, но все же прошло, наступило утро, и я рядом. Я обещаю, что всегда буду рядом, мы же с тобой подругу на всю жизнь, - я обняла ее со спины чувствуя, что дрожь в ее теле постоянно проходит.
- Правда?! – спросила доверчиво Бетти заглянув мне в глаза.
- Угу. Не вертись, я почти закончила. Жить вместе мы, конечно, не будем, но вот на завтрак оставайся, сейчас я сварю кашу с ягодами и пойду в лес, - подруга лишь кивала, - А ты так и быть оставайся в деревне, я и на тебя малины принесу.
- СПАСИБО!!! – хлюпая носом завопила Бетти и снова начала заходится горькими слезами. Да, что с ней вообще такое происходит…
По дороге к лесу меня встречали соседи и все очень странно на меня смотрели, осторожно здороваясь и провожая взглядами. Они смотрели на меня, так будто со мной было что-то не так, но со мной все было в порядке, это становилось слишком странным.
Уже в лесу я хотела найти свою тайную тропинку, по которой ходила только, но ее было не видно, потому оказалось, что она заросла высокой лесной травой, доходившей мне до пояса. Как такое возможно, я же только недавно по ней ходила проверять лисьи норы.
Придётся идти общими тропами, здесь мне уже не пройти, так, конечно, путь займет больше времени, но ничего не поделать. Вернулась домой я поздно вечером с двумя корзинками малины и травками, из которых сделаю нам с Бетти мыльные растворы для волос.
Дома меня ждал папа. Всегда экономный, сегодня он зажег так много свечей и это можно было считать настоящим расточительством. На столе меня ждали еще теплые запечённые овощи и мед в сотах.
- Ммм! Как же все вкусно! Я такая голодная, - быстро сполоснув руки я уселась за стол и принялась жевать. Родители любят смотреть, как едят их дети, у меня с детства был слабый аппетит, но сегодня я чувствовала неутолимый голод.
- Кушай, доченька, - он снова выглядел сильно уставшим, и я уже думала о том, какой отвар ему приготовить, а пока решила отвлечь его разговором.
- Пап, послушай, я хотела спросить, мне кажется или наши деревенские детки, как-то сильно выросли за одну ночь? А еще сегодня я хотела проверить лисят, но рядом с норами я встретила только больших лис. Куда же подевались малыши, они же не могли так быстро вырасти или просто исчезнуть? – от моих расспросов папа стал хмурым и буркнув что-то про то, чтобы я ела и не разговаривала вышел на улицу.