День вечеринки у Ронана.
Второй снимок сделан сбоку. Я прижимаюсь к машине Леви, его рука у меня между ног.
И снова Леви и даже его машина размыта.
Подпись такова: Шлюха Королевской Элиты берет на себя больше работы.
Мои щеки горят, и слезы застилают глаза, когда я смотрю на Дэна, который смотрит на меня с такими же нахмуренными бровями.
— Все в школе видели это, не так ли?
Он вздрагивает, и я получаю ответ, в котором я нуждаюсь.
— Ничего страшного, Астрид. Не позволяй этому добраться до тебя.
Ну и что, если вся школа увидит мое лицо, выражающее оргазм, или как меня грубо касаются?
Ну и что, если это станет вирусным и разрушит все мое долбаное будущее?
Меня трясет, зубы почти стучат, будто я
простудилась. Слезы текут по щекам, но я их не чувствую. Я не испытываю стыда.
Я онемела, как после аварии с мамой.
Шок. Так это называл доктор Эдмондс.
— Иди сюда, ты.
Дэн обнимает меня, и я всхлипываю ему в плечо, когда телефон падает мне на колени.
— Ч-что, если папа узнает? Он уже ненавидит меня.
— Перестань думать о нем или о ком бы то ни было. К черту того, кто это сделал, ясно? Не позволяй им сбить тебя с ног.
Я стараюсь, я действительно стараюсь, но как только мы попадаем в школу, это превращается в полное дерьмо шоу.
Кажется, все смотрят на меня. Я думаю, что я сильная, но нет, когда половина школы ненавидит меня, а другая половина осуждает.
— Шлюха.
— Сука.
— Шалава.
Подобные шепотки раздаются повсюду, куда бы я ни пошла, несмотря на свирепые взгляды Дэна. Если бы он не был рядом со мной, они бы напали на меня со всех ног.
— Эй, Дэнни! — зовёт младший. — Передай мне эту шлюху, когда закончишь, ладно?
Дэн замахивается на него кулаком. Я оттаскиваю его в последнюю секунду, слезы застилают мне глаза.
Я не буду плакать. Я не буду плакать.
— Я пойду домой, — говорю я Дэну.
Дэн так усердно учился, чтобы получить
стипендию в Кембридже. Не хочу, чтобы из-за меня у него были неприятности. И он нарвётся на неприятности, если кто-то спровоцирует его.
Он сжимает мое плечо.
— Ты позволишь им заставить тебя чувствовать себя слабой?
— Ну, это не значит, что я могу остановить распространение вируса или вернуться назад во времени и не дать этому случиться…
Ты можешь думать, что у тебя есть выбор, но его нет. Ты поклонишься мне.
Слова Леви взрываются в моем мозгу, как разрушительные фейерверки.
Это не совпадение, что именно его фигура размыта, в то время как мое лицо четкое для всей школы.
Этого не может быть.
Нет.
Нет.
Я вылетаю из школы со слезами, затуманивающими зрение, и мое сердце разбивается на миллион кусочков.
Глава 31
Леви
Никто не связывается с тем, что принадлежит мне, и не живет, трепля языком об этом.
Поздним утром понедельника я иду к своей машине, когда Эйден, Ксандер и Коул преграждают мне путь.
— Что ещё?
Я массирую виски, борясь с похмельем.
Выходные в большей степени были посвящены зависимостям. Сначала высокий уровень адреналина во время игры, затем алкоголь и сигареты.
Возможно, я зашёл слишком далеко в битве шотов с Ронаном. Лучше бы он чувствовал себя хуже, чем я.
Тренер убьет меня, если увидит это лицо.
— Ты не видел? — спрашивает Ксандер.
Что за чертово дерьмовое шоу в понедельник.
— У него нет социальных сетей, — тычет Коул в Ксандера.
— Кто-нибудь из вас, придурков, объяснит мне, что происходит, или мне нужно начать утро с кулаков? — я похлопываю по заднему карману в поисках сигарет.
Кажется, вчера я скурил свою последнюю заначку. Еще одна зависимость, выходящая из-под контроля.
Чертовски идеально.
— Пообещай, что будешь сохранять спокойствие, — говорит Эйден.
Я рассеянно киваю. Я в настроении послать нахуй школу и снова лечь спать.
— Ничего такого.
Ксандер протягивает мне свой телефон.
Мои плечи напрягаются, когда я смотрю на две фотографии с Астрид. Она не голая, но снимки не оставляют места для воображения.
Я дергаю телефон Ксандера и изучаю фотографии.
— Это может быть фотошоп, — неуверенно говорит Коул.
— Нет, это я.
Я наклоняю голову в сторону, пытаясь понять, где стоял ублюдок, делая снимки.
Первый снимок выглядит так, будто его сделали за левым окном.