— А ты кусаться не будешь? — ухмыльнулся я. Каюсь, цинично. — Многие инфекции через слюну передаются, в том числе и слабоумия с отвагой.
— Чего⁈ — опешила Юлька. — Болтнев, ты охренел⁈ Хотя чего ещё я ожидала?
Журналистка вздохнула и демонстративно заёрзала по кафелю в попытке принять сидячее положение, но не проронила больше ни слова — до тех пор, пока я не усадил её, довольно неделикатно ухватив за шиворот.
— Может, развяжешь? — ожгла она меня презрительным взглядом. — Что тебе сделает хрупкая девушка?
— Говорю же, покусаешь! — пожал я плечами. Но не выдержал и заржал, аки конь: — Ты бы сейчас своё лицо видела!
— Болтнев, хорош уже издеваться! — поморщилась девица. Потом выдохнула и после паузы (наверняка про себя до десяти досчитала) уже почти спокойно предложила: — Ладно, давай поговорим. Но не обещаю, что отвечу на все твои вопросы.
— А вот это уже мне решать, — с намёком уронил я ладонь на кобуру с «кольтом». — Юль, пойми! От твоих слов сейчас будет зависеть очень многое. И в первую очередь — твоя собственная жизнь. Осознай, наконец, что ты в данный момент целиком и полностью в моей власти, и я могу сделать с тобой всё, что душе угодно. И, что самое приятное, мне за это ничего не будет. Ни-че-го! По той простой причине, что свидетелей нет. Что я расскажу, то начальство на веру и примет. Проверить-то не получится!
Не знаю, что больше подействовало на журналистку — сами ли мои слова, проникновенный ли тон или абсолютно пустой и неподвижный взгляд, который я перенял у Деда Максима — но девицу таки проняло:
— Да твою же… Болтнев, ты меня пугаешь!
— Вовсе нет, — мотнул я головой. — Просто обрисовываю ситуацию во всей её неприглядной красе.
— Какой же у тебя взгляд… мёртвый! — непроизвольно сглотнула Юлька слюну. — Меня в дрожь бросает! Хватит уже, а? Ники-и-ит?..
— Пустишь слезу — потеряем время, — хладнокровно одёрнул я… пленницу?
Пожалуй, что и так. Правда, какая-то мобильность у неё всё-таки сохранилась, что она и продемонстрировала, умудрившись чуток от меня отодвинуться вдоль стены. Напрячься пришлось изрядно, да, но факт оставался фактом.
— М-может, ты т-тогда сам? — с безумной надеждой покосилась на меня Юлька.
— В смысле, сам? — прифигел я, с трудом сохранив образ бездушной машины для допросов.
— Ну, спрашивать будешь… — пояснила девица.
Хм… неплохо, неплохо! Простейшая манипуляция, но даже она оставляет пространство для манёвра. Типа, ты не спросил, я и не рассказала. Откуда я знаю, может, это тебе и не интересно вовсе? Впрочем, для начала сойдёт. Есть у меня пара вопросов на засыпку, и уже по ответам на них я сориентируюсь с дальнейшими действиями. А заодно станет ясно, придётся брать грех на душу, или обойдёмся сговором группы лиц и не самой замысловатой коррупционной схемой.
— Ладно, как скажешь, — задумчиво кивнул я. И резко бросил: — Ты меня специально на «букашку» натравила, чтобы она в меня внедрилась?
— Чего⁈ — полезли у Юльки глаза на лоб.
— Ну, я же голяком был, а ты на неё показала, — пояснил я. — И первый мой порыв — придавить её пяткой. Представляешь, к чему бы это привело?
— Раздавил бы! — на голубом глазу отозвалась репортёрша. — Но хотя бы не до такого состояния, как прикладом! Осталось бы, что собрать! Как улику! А теперь только мокрое пятно! И что с ним прикажешь делать⁈
Н-да… а ведь похоже, что не врёт… ну что, просветить её, или перетопчется?
— А вот это вряд ли, — вынес я решение в пользу репортёрши. — Эта хрень бы мне в пятку вбурилась, а потом прогрызлась бы через всю тушку до мозга! И превратился бы я в зомби! Э-э-э… или технозомби? Ну, ты поняла!
— Ф-фу! Болтнев! — скривилась от отвращения девица.
— Ладно, ладно, это я преувеличил! Скорее, просто бы по мне забралась до дыхательных путей, и влезла… в мозг! — чуть скорректировал я основную версию. — Через нос или через рот! Ты ведь знаешь, что это за тварь? Если её вообще можно так назвать?
— А почему нет-то? — удивилась Юлька. — Тварь и тварь!
— Потому что я не уверен, что оно… это… живое в общепринятом смысле! — огорошил я пленницу. — Помнишь, вы с Максом на этот счёт спорили? Эта хрень, по всему судя, киборг. То есть соединение какого-то исходного паразитического организма с очень сложной электроникой и машинерией. Плюс элементы нанотехнологий и сложнейших химических преобразователей. Проще говоря, мобильный синтезатор феромонов в комплексе с анализатором. Знаешь, как «зубастики» гипнотизировали колонистов? Никак! Они на них воздействовали запахами! Лишить воли, обездвижить, сблизиться на дистанцию заражения… и передать паразита!