— Мистер Болтнев? Лейтенант? Вы где-то далеко?
— А⁈ Что⁈ — ошалело уставился я на девицу, машинально вырубив инфор, но довольно быстро сориентировался: — Да-да, далековато! Ушёл в себя, вернусь нескоро!
— Оно и видно! — укоризненно поджала губы Джули. — Надеюсь, хотя бы с моим снаряжением всё в порядке?
— Таки док Лантос спустила вас с небес на землю? — с изрядной долей ехидства хмыкнул я.
— Есть немножко, — кивнула девушка. — У меня, такое ощущение, сейчас все эти прививки, вакцины и микстуры из ушей польются! Я даже предположить не могла, что их столько!
— Суровые будни «альфа-взвода», — философски ухмыльнулся я. — Все через это проходят.
— То есть вы… каждую высадку вот так⁈ — широко распахнула глаза журналистка. — Сочувствую!
— Не, не каждую, — разочаровал я собеседницу. — Это вам по максимуму досталось, ибо первый раз. А у нас большая часть прививок периодическая, в основном через полгода. Тем, кто жив остаётся, естественно. Непосредственно же перед высадкой только универсальный антидот и антивирусное обновляется. Автоматически, из встроенной в снаряжение аптечки. Как говорит Митрич, не отходя от кассы.
— Этак и подсесть недолго! — озабоченно нахмурилась Джули.
— Не-а, дохлый номер. В нашей работе адреналина столько, что любую химию за считанные часы вымывает.
— А вас, лейтенант, это не устраивает? — изумилась репортёрша.
— Временами, — подтвердил я. — Когда хочется забыться. Но не получается. А алкоголь помогает слабо.
— Вы поэтому такой… нервный? — дошло до девицы.
— Скажем так: и поэтому тоже, — не стал я вдаваться в подробности. — Ладно, идёмте, Дед Максим уже ждёт.
— Идёмте, — и не подумала возразить журналистка. — А кто такой этот Дед Максим? И Митрич, которого вы упомянули?
— А вам не всё ли равно? — подхватил я рюкзак с палубы, и широким шагом направился прямиком к лифту.
— Нет, не всё равно! — рванула следом за мной репортёрша. — Должна же я знать людей, про которых пишу!
— И насколько близко? — уточнил я на ходу.
— Чем ближе, тем лучше! Моя цель — показать вас живыми людьми, а не машинами для убийства! Так что мне интересно всё: кто, откуда, каким образом, чем занят… о чём мечтает, в конце концов? — широкими мазками обозначила хотелки Джули. — Ну и прочие заботы и чаяния!
— Не советую, — помотал я головой, миновав раздвижные створки и остановившись у сенсорной панели.
— Почему? — притормозила рядом девица.
— Потому что бессмысленно, — буркнул я, попутно шоркая пальцем по дисплею. — Знаете, какая у нас смертность?
— Ну… э-э-э…
— Я сам две трети личного состава запомнить не успеваю, настолько быстро мрут, — окончательно добил я журналистку, ткнув в «enter». — Поехали! Нам на две палубы ниже, и ещё чуток ножками.
— Тесновато тут у вас, — посетовала девица.
— Скорее, компактно, — поправил я её. — Нет смысла под пятьдесят человек личного состава выделять что-то действительно крупное. Проще нам самим потесниться. Благо на борту мы проводим от силы четверть служебного времени.
— А всё остальное? — уточнила Джули.
— На планетах, — пожал я плечами. — В грязище, кровище и го… э-э-э, ну, вы поняли! А отдыхаем либо там же, на планетах, но в более цивилизованных местах, либо на космических станциях Колониальной Службы Нейтрализации.
— Тяжело вам, наверное? — притворно посочувствовала репортёрша. — Психологически?
— Сами же меня нервным назвали, — напомнил я, и снова подхватил рюкзак — лифт прибыл на нужный уровень. — Наверное, постеснялись обозвать неврастеником? Или вообще истеричкой?
— Что-то в этом роде, — без ложного стеснения кивнула Джули. — Но сочла это несолидным. Всё-таки взрослый человек, да ещё и с такой профессией!
— Ну да, это было бы обидно, — снова принялся я вышагивать по коридору, не посчитав нужным дождаться спутницу. Впрочем, та уже приноровилась к моему темпу, а потому и не отставала. — Уж лучше маньяком зовите. Или безжалостным убийцей.
— Вы же сами сказали, лейтенант, что «Альфа-корпус» это не армия!
— А, то есть почётное звание «мясников» вы исключительно для армейцев приберегаете? — хмыкнул я. — Интересный у вас взгляд на мир, дамочка!
— Всего лишь интересный?
— Ну, был бы я погрубее, обвинил бы вас в излишнем либерализме и идеализме вкупе с романтизмом! — пригвоздил я дамочку и приложил ладонь к сканеру, перекинув рюкзак в левую руку. Дождался зуммера и заорал в отъехавшую в сторону дверь: — Митрич! Гостей принимай!
— Ходют тут всякие, — донёсся ровный голос старшего техника из глубин оружейной комнаты, она же каптёрка. — Людей от дела отрывают.