Согласен, нас почти вдвое меньше. Но зато мы, как иногда выражается Дед Максим, в тельняшках. В смысле, у нас поддержка с воздуха есть. А если точнее, то из ближнего космоса — пока «Гриф-второй» перемещался от Рио-Плата к Рио-Рохас, капитан Фохт перегнал «Ливингстона» на низкую эндрюсостационарную орбиту. И в случае чего мог дотянуться ракетами ПРО хоть до поселения колонистов, хоть до базы корпов. Почему именно «ПРОшки»? Да потому что полноценные противокорабельные ракеты, конечно, и пошустрее, и понадёжнее, но зато не такие точные. А зачем им быть точными, если в их задачу не входит поражение непосредственно вражеского объекта? Им достаточно сдетонировать достаточно близко, что в космических масштабах подразумевает даже не десятки, а сотни километров. Ну а если задействовать такие «дуры» для орбитальной бомбардировки, то одной-единственной хватит, чтобы снести к чертям весь город Предтеч. Да ещё и до нескольких соседних взрывная волна дотянется. Я имею в виду, сохранившая достаточную убойную мощь. В итоге ничего лучше, чем маленькие и юркие «ПРОшки», чтобы, как у классика, «отсель грозить мы будем шведам», и не придумать. В наших условиях, конечно же. И при нашей матбазе. Так-то, если по закромам многочисленных сгинувших инопланетян пошарить, наверняка что-то получше найдётся. Но мы «альфы», а потому привыкли обходиться тем, что есть. А это, между прочим, особое искусство сродни виртуозной импровизации. Понятно, что те же корпы пока не в курсе наших истинных возможностей. И хотелось бы, чтобы так оно и осталось впредь. Ведь, если всё-таки придется задействовать «тяжёлую артиллерию», это будет означать ровно одно — мой план провалился. Что за план? Терпение. Скоро всё узнаете.
— Рада, что ты жив, Ник, — совершенно не по-уставному поприветствовала меня Сандрин, когда мы остановились в паре шагов друг от друга. И коротко кивнула моим спутникам: — Макс. Пресса.
Дед Максим, стоявший у меня за левым плечом чуть позади, отплатил той же монетой, Юлька, занимавшая аналогичную позицию, только справа, насмешливо фыркнула, а бойцы капрала Веги остались абсолютно безучастными, как им, собственно, и предписывал боевой устав Службы нейтрализации.
— А уж я как рад, ты просто не представляешь! — как на духу признался я. — В очередной раз по краю прошёл. Повезло, как утопленнику. И не только мне.
— Расскажешь? — подняла на меня заинтересованный взгляд капрал.
— Обязательно! — подмигнул я Веге, на автомате отметив очередной Юлькин фырчок. — В более приватной обстановке. А пока докладывайте, капрал!
— «Мама-Икати» «Папе-Рино»: работаем по плану, — моментально перенастроилась на боевой режим Сэнди. — «Тембо» блокируют основные силы противника в двух точках поселения, в прямой контакт не вступают. Половина «икати» рассредоточена по ключевым точкам Рио-Рохас: пункт связи, арсенал, офис шерифа. Остальные ждут возле мэрии.
Хм… блокируют, значит! Да, самонадеянности Веге не занимать, хоть она и предпочитает называть её уверенностью в собственных силах. Понятно, что недооценивать противника себе дороже, но сейчас нам просто некуда деваться. А значит, Сандрин права. Да и чём я сам, по сути, от неё отличаюсь? Весь расчёт на наглость и эффект неожиданности. Плюс репутацию «альфа-взвода», от которой в кои-то веки польза, а не вред. В том смысле, что корпы нас изрядно переоценивают. А значит, действуют с оглядкой. И, что ещё хуже — для них, естественно — сами себя лишают инициативы. И будут вынуждены реагировать по факту, что всегда чревато риском принятия неправильного решения. Ну да, старое доброе «у страха глаза велики». Итого, с одной из сторон конфликта всё более-менее понятно. Чего не скажешь о второй. Собственно, именно этот вопрос меня и волновал больше всего, пока мы возвращались в Рио-Рохас. Однако Сандрин на то и Сандрин, чтобы быть с ней предельно лаконичным: