— Не без этого, — призналась Джули. — Просто это немного неэтично с моей стороны…
— Ещё скажите, бодишэйминг! — заржал я. — Вот умора!
— Нет, ну а как ещё⁈ — возмутилась девица.
— Известно как — рационально! — подмигнул я попутчице. — Моё второе имя, помните?
— В каком смысле рационально, лейтенант Болтнев? — не повелась репортёрша.
— В таком, что подбор личного состава осуществляется на основании технических возможностей имеющегося в нашем распоряжении снаряжения, а не по каким-то там унижающим человеческое достоинство принципам, — пояснил я. — Иначе говоря, что имеем, от того и пляшем. И нет тут никакого расизма, сексизма, эйджизма и прочих измов.
— И что же мы имеем? — не пожелала съезжать с темы Джули.
— Ма-а-акс! — технично перевёл я стрелки.
— Слушаюсь, господин мастер-лейтенант, — правильно понял меня старший техник. — В общем, Юлия Сергеевна, объективная реальность такова, что мы вынуждены опираться на технический арсенал двух разумных видов — эфракоров и мбату. А они, если вы вдруг не знали, являлись цивилизациями-симбионтами. Чтобы далеко не ходить за примером, взгляните, пожалуйста, на кабину нашего шаттла: два члена экипажа здоровяки-эфракоры, а остальные двое, причём явно вспомогательный состав, мелкие мбату. И так у них во всех сферах деятельности. Принцип разделения труда в действии, да ещё и возведённый в абсолют, если мне будет позволено так выразиться…
— Вам — будет, — заверила Джули, но Митрич пропустил её выпад мимо ушей:
— Как результат, функционал эфракоров и мбату жёстко разделён, и эта граница в полной мере отражена в их снаряжении. Пожалуй, эфракоров с полным на то основанием можно назвать ленгтистами, от слова «length», то есть «рост»…
— А почему не толлистами? — полюбопытствовал я. — «Tall» тоже вполне подходит!
— Считай это моим авторским произволом, Никитос, — не изменившись в лице, отбрехался Макс. И снова переключился на спутницу: — Почему они так жили, нам, людям, понять сложно. Но, видимо, на то были объективные причины. Ну а поскольку нам приходится пользоваться их Наследием, то и выбора особого нет: тяжёлым Охотникам полагается доработанная броня эфракоров, причём, замечу, трёх наименьших размеров, то бишь XS, S и M, если на наши мерки переводить, а скаутам — снаряжение мбату, с размерами 2XL и 3XL соответственно. Маркировка, кстати, такая и есть: «Эфракор» либо «Мбату», и наш размер… хотя это, думаю, вам не особо интересно.
— Мне интересно всё! — отрезала репортёрша. — А если вы опасаетесь, что я не смогу запомнить столько информации, то спешу вас разочаровать, Максим Дмитриевич: смогу. Память у меня хорошая. А ещё диктофон и камера работают.
— А?.. — озадаченно уставился на меня Макс, но был безжалостно перебит неугомонной дамочкой:
— Лейтенант Болтнев разрешил!
— Приказ майора Кирпатрика, — пожал я плечами, предвосхитив следующий вопрос Деда Максима. — Да ты продолжай, Митрич, не стесняйся. И ни в чём себе не отказывай. И ещё, Юлия Сергеевна…
— Да-да?
— Мастер-лейтенант. Запомните раз и навсегда.
— Это несущественные детали! — барственно отмахнулась девица. — Да и слишком громоздко! И вообще, в чём разница⁈
Хм… если по документам, то всего в трёх квалификационных классах (с третьего по первый соответственно) и четырёх годах выслуги. А вот в реальности… опыт, опыт и ещё раз опыт. Предельно кровавый и грязный. Ну и куча сожжённых нервов. О прочих телесных повреждениях молчу, они, в отличие от душевных, неплохо поддаются лечению.
— Не понимаете? — пристально уставился я на репортёршу, но та даже не дрогнула:
— Вообще понятия не имею!
— Ну и ладно, — вздохнул я, осознав всю тщетность приложенных ранее усилий. — И дай вам бог не выяснить эту разницу на практике. Так для нас всех будет лучше.
— Так вот, о чём я, душа моя Юлия Сергеевна? — поспешил сгладить неловкость Макс. — Есть некие обстоятельства, над которыми мы не властны…
— О чём речь, Ник? — очень вовремя окликнула меня Сара. Естественно, на английском, ибо русским не владела даже на бытовом уровне. — Наш Дедуля оседлал любимую тему?
— Типа того, — с изрядным облегчением отозвался я. Ну её, эту язву-репортёршу. Чую, хлебнём мы ещё с нею горюшка. — Мисс Джонс, как и большинство её коллег по борзо… кхм, журналистскому цеху, отличается изрядным любопытством на фоне тотальной безграмотности в большинстве освещаемых тем.
Означенная мисс предпочла пропустить мою шпильку мимо ушей, сделав вид, что увлечена разговором с Митричем, но я ничуть не расстроился — так даже лучше. Если не отреагировала, значит, выпад точно достиг цели.