Останавливать протянувшего граблю к артефакту Деда Максима я не стал — он в таких вещах гораздо лучше меня понимает. Раз считает, что можно лапать всякое непонятное, значит, можно. В конце концов, его конечность, ему за неё и отвечать. Но во всём, что касается техники безопасности, Макс является педантом, каких поискать. То есть наверняка ещё до нашего появления проверил, что да как. А сейчас, скорее всего, просто хочет продемонстрировать, насколько крепко «трилобит» вцепился в подоконник…
— М-мать! — потрясённо выдохнул я, когда Максова ладонь в перчатке свободно прошла сквозь такую осязаемую на вид хреновину. — Всё-таки голограмма⁈
— Если бы! — торжествующе ухмыльнулся старший техник. Но сразу же вернул на физиономию привычное безразличие: — Что угодно, но не голограмма. Я бы, пожалуй, назвал это промежуточным состоянием вещества — ещё не волна, но уже и не материальный объект. А вот кубик, похоже, был реальным.
— Н-да… час от часу не легче! — выдохнул я. — Мало нам корпов, непонятной химии и местных хищников! Хотели техногенный фактор? Распишитесь, получите!
Интерлюдия 4
Дикий не узнавал самого себя. Такое с ним случилось впервые, хотя и раньше ему доводилось испытывать весь спектр сильных эмоций от непреодолимого влечения к самке до парализующего ужаса перед лицом неминуемой гибели. Впрочем, поскольку Дикий ещё жив, тогда — в самую первую охотничью экспедицию, когда за ним не уследил Наставник — всё обошлось. Да и во всех остальных случаях, включая поползновения со стороны самок. По крайней мере, насколько Дикий знал, детёнышами он до сих пор не обзавёлся. Но оно и к лучшему, хотя бы о них беспокоиться не нужно. И пусть так остаётся как можно дольше… потому что текущая ситуация отчётливо показала, насколько же он безответственный тип. По сию пору, на двадцать третьем Обороте от рождения, когда все его сверстники уже давно определились с жизненными приоритетами! А он до сих пор мечется между стезями Скаута и Охотника! И вообще, излишне подвержен эмоциям. Само по себе это и не хорошо, и не плохо. А вот противоречия, эмоциями порождаемые, порою его просто раздирали на части. Понятно, что между Охотой, если только она не сулит обладание уникальной Добычей и сопутствующей ей Славой, и возможностью познать что-то новое, такое, что можно поставить на службу всему Племени, Дикий выберет последнее. Но сейчас-то совсем другое дело! На кону этого самого Племени безопасность! Она на одной чаше весов. А на другой — банальное любопытство, в куда большей мере присущее Мягкому Мясу, нежели Молодой Крови. А про Кровь Древнюю и речи не идёт. И Дикий… не может сделать правильный выбор! Нет, умом он понимает, что выбора как такового нет — Племя прежде всего! Но при всём при этом решительно не может себя заставить действовать, как сказал бы Пытливый, рационально. То есть деактивировать Анализатор Портала и забрать Толкователь из телецентра Предтеч. А дальше пусть события развиваются, как им и положено по законам объективной реальности. Зачем это ему? Элементарная мера предосторожности, только и всего! Ведь какая первейшая задача любого Скаута? Правильно, предотвратить даже чисто гипотетическую ситуацию, когда образчики уникальных технологий могут попасть в чужие руки. И особенно если это загребущие руки Мягкого Мяса! Основная, она же главная, Заповедь при использовании Портала и всех его периферийных устройств. Сформулированная ещё самим Великим на заре становления Молодой Крови! То есть по-хорошему Дикому следовало озаботиться безопасностью Артефактов ещё ночью, когда он понял, что противостоит ему не какая-то свеженародившаяся нейронная сеть, а полноценный — и весьма изобретательный — разум! Да-да, то, что Дикий на первых порах посчитал развлечением, а чуть позже — лёгкой прогулкой, в итоге переросло в нешуточное, хоть и заочное, противостояние двух… или трёх? Вот с этим Дикий до сих пор не определился. В общем, в противостояние прокачанных пользователей Ноосферы. Не знай Дикий доподлинно, что к Анализатору Портала доступ есть только у доблестных сынов Племени, он бы даже решил, что компьютерщик Мягкого Мяса обладает немалым опытом взаимодействия с данной технологией. Однако же одну ошибку Дикий уже признал — зря он пренебрёг мерами предосторожности. Ведь запросто же мог замаскировать софт Анализатора под реакцию защитной системы местного сегмента Ноосферы, но почему-то посчитал это абсолютно излишним. И очень быстро поплатился за преступную небрежность. В том плане, что его неведомый оппонент пугающе точно локализовал участок Ноосферы, откуда шло воздействие на нейронную сеть сенсорного поля. И не просто локализовал, а… вычислил методом исключения, безошибочно отделив штатные средства Ноосферы от воздействий Анализатора. Дикий довольно быстро сообразил, что его противник ориентируется на язык программирования, то есть имеет возможность не просто отслеживать логи в реальном времени, но и анализировать их, и попытался замаскировать собственные наработки сначала программами из исходного арсенала Анализатора, а потом их переводом в кодировку сгинувших Предтеч через Толкователь. Но, как выражается Рассудительный, правильная мысль всегда появляется строго после того, как Охотник сядет в лужу. И Дикий на собственной шкуре удостоверился в истинности этого утверждения. А потому в конце концов отринул гордыню и перешёл в глухую оборону, сориентировав Анализатор на пресечение попыток подключиться к нему напрямую программными средствами. Возведённые Артефактом многослойные цифровые стены пока ещё держались, но… не так уж и долго им осталось. Потому что загадочный оппонент тоже времени даром не терял, удивительно быстро — за какую-то пару тактов — умудрившись либо написать собственную, либо перепрофилировать какую-то из уже готовых программ-дешифраторов Предтеч на взлом защиты Анализатора. Понятно, что ни за такт, ни за два достичь цели у противника не получилось, но прогресс всё равно пугал — три восьмых за остаток ночи и утро! Этак ещё до заката Дикий лишится своего самого ценного сокровища! И речь вовсе не о его жизни. И не только Дикий, но и всё Племя, потому что тот, кто завладеет одним выносным модулем Анализатора Портала, в конечном итоге сможет овладеть и всей исходной системой. Вопрос лишь во времени и прилагаемых усилиях. Ну и в желании достичь конечного результата. А Дикий уже убедился, что упорства и изобретательности его оппоненту не занимать. И натурально обомлел от ужаса, когда осознал эту нехитрую истину.