— Нет, герр лейтенант. Он… — замялся Ларсен, — какой-то безразличный. Как неживой. И взгляд пустой. Как мухоморов объелся!
— Зомби⁈ — с азартом прошипела мне в ухо Юлька.
— Свят-свят-свят! — отмахнулся я от неё. — Агне, говори толком, что стряслось⁈
— Он какой-то заторможенный, герр лейтенант, — наконец-то подобрал адекватное определение боец. — На обращения реагирует с запаздыванием, движения дёрганые… как заглючивший андроид, во! Да сами посмотрите! Вот он! — развернулся к соратнику Ларсен.
Хм… действительно. Диковатый датчанин и раньше особой жизнерадостностью или общительностью не отличался, а сейчас… ну да, ушёл в себя, и вернётся нескоро, как тот легендарный йог.
— И когда же это с ним началось? — перешёл я к главному, шикнув на Макса. — Уж не сразу ли после того, как он в дерьме покопался?
— А откуда вы, герр?.. — смешался норвежец.
— Дар предвидения, Агне! Всего лишь дар предвидения! — ухмыльнулся я. — Его всем лейтенантам выдают при вступлении в должность.
— А-а-а!.. Понял! — с облегчением хохотнул Ларсен. — Но чисто технически он не копался, всего лишь приблизился примерно на метр, присел и пробником потянулся. Всё согласно типовой инструкции! А потом, такое ощущение, чего-то психотропного вдохнул, и вот таким вот стал.
— Фига се! — впечатлился я. — Воздушно-капельное заражение? А вы, придурки, броню-то хоть загерметизировали⁈
Хотя о чём это я⁈ Ладно, были бы эти двое салагами пусть даже и четвёртого разряда, но полученного в учебке! Но у одного, как я уже упоминал, седьмой, а второму осталось меньше месяца до шестого! То есть далеко не первый день парни на службе!
— Обижаете, герр лейтенант! — закатил глаза норвежец. — Конечно! Всё согласно инструкции, сказал же! Считаем окружение враждебным до поступления соответствующей команды! А команды не поступало!
— Получается, через фильтры проходит… — вслух задумался я. — А ещё где-нибудь такая хрень есть?
— Мы не видели, герр лейтенант, — помотал головой Ларсен.
— Но это ещё ни о чём не говорит… — задумчиво буркнул я.
— Так что нам делать, герр лейтенант? — напомнил о себе боец. — Возвращаться? Мы довольно далеко от «Грифа» отошли.
А то я, блин, не вижу! Я ж помимо того, что командую взводом в целом, ещё и командиром отделения «тяжей» числюсь. А потому мой боевой комплекс оснащён соответствующей софтиной для связи и координации действий подчинённых. Правда, пока что она в фоновом режиме работает, в отличие от канала прямой связи с броней «Рино-шестого». Но я её на автомате развернул на всё забрало — сразу же, как поступил вызов от рядового Ларсена. Н-да… реально далековато их занесло. Уже на два квартала от площади умотали. И когда только успели, спрашивается⁈ А всё Макс с журналисткой! Никитос, то, Никитос, сё… а когда Никитосу непосредственные обязанности выполнять? За пределами рабочего дня? Ну-ну.
— Естественно! — хмыкнул я. — Есть же инструкция! И её строжайшие предписания! Только сначала окажи Барди помощь и таки возьми пробу той загадочной хрени! С удвоенными мерами предосторожности! Если не поддаётся физическому воздействию, взорви к чертям, да вон хотя бы гранатой, а потом ошмётки собери! И да, Расмуссену нанов впрысни, пусть анализируют. Как понял, Агне?
— Понял вас хорошо, герр лейтенант! Сделаю в лучшем виде! — заверил тот.
— По выполнении доложить! Отбой связи! — вырубил я прямой канал и переключился на общий: — «Папа-Рино» всем! Кто ещё не загерметизировался — выполнять немедленно! Патрулям особое внимание обращать на следы жизнедеятельности местной фауны, в частности, экскременты! При обнаружении наносить на тактическую карту, внешний вид фиксировать! Пробы брать с предельной осторожностью! Ларсен и Расмуссен уже нарвались, Барди словил поражение неизвестным нейротоксином! Фото и видео в закрепе! Бинь!
— Да, господин лейтенант⁈
— Отвечаешь за сбор данных! Как накопится больше трёх образцов, доложишь!
— Есть, господин лейтенант!
— Выполнять! «Папа-Рино» всем: конец связи!
Ф-фух, вроде норм. Ценные указания раздал, об опасности предупредил, на рабочий лад личный состав настроил… но что-то однозначно забыл!
— Какой ты строгий, Никита! — с восторженным придыханием прокомментировала мои действия журналистка.
Точно! Вот про неё и забыл. А ведь не следовало!
— Должность обязывает, — кривовато ухмыльнулся я девице, и переключился на приятеля: — Макс, а тебе не кажется, что это уже перебор? Ну, с загадками?
— Это ты ещё не всё знаешь, Никитос, — равнодушно сообщил тот.
Даже слишком, как по мне, равнодушно. А это означает ровно одно: старший техник сейчас прикладывает недюжинные усилия, чтобы его психика не сорвалась в «разгон». И это очередной звоночек, свидетельствующий о неординарности сложившейся ситуации. Впрочем, у меня и самого уже давно такое ощущение. Афедронный сенсор работает на всю катушку.