В верхней части, под замысловатым гербом, вплетены знакомые мне инициалы «БУ».
Я знаю этот герб. Я знаю эти инициалы. В городе, где я выросла, они есть у всех.
Блэкмурский Университет.
Но это невозможно. Я не знаю, как я вообще смогла поступить в Блэкмур. Я никак не могла позволить себе там учиться, и это не входило в программу трудоустройства моей матери. Я подала заявление в государственный университет, расположенный примерно в часе езды отсюда, и меня приняли. Я хорошо это помню. Я должна была уехать... скоро? Вчера? Завтра? Я понятия не имею, какой сегодня день на самом деле, и я не знаю, где мой мобильный телефон.
На самом деле, я нигде не вижу своих вещей. Ни телефона, ни сумочки, ни даже обуви. В этом нет никакого смысла. Я всегда бережно отношусь к своим вещам. У меня их никогда не было много, так что я не могла быть беспечной, как многие богатые девочки из школы Блэкмур. Мои родители не могли просто заменить то, что я сломала или потеряла, особенно сейчас, когда у меня осталась только мама.
Что произошло прошлой ночью? Я изо всех сил стараюсь вспомнить, крепко зажмуриваю глаза и снова сажусь на край кровати, пытаясь заставить какое-нибудь воспоминание всплыть на поверхность. Но такое чувство, что я нахожусь глубоко под водой, пытаюсь выбраться наружу и не нахожу ничего, за что можно было бы ухватиться. Где-то в глубине моего сознания я слышу какие-то странные, искажённые голоса, но ничего не могу разобрать. Это похоже на воспоминание, которое у меня есть, но к которому я не могу получить доступ, как будто оно заперто
Звук поворачивающейся дверной ручки прерывает ход моих мыслей, и я подскакиваю, хватаясь за простыню, чтобы прикрыться. В тот же миг я, наконец, осознаю, что на мне надето. Я в ужасе оглядываю себя, когда понимаю, что на мне нет ничего, кроме тонкой белой ночной рубашки-комбинации, отороченной кружевом, какую можно купить в грёбаном магазине Victoria's Secret.
Чувство паники снова сжимает мне горло. У меня нет ничего подобного. И никогда не было. Я определенно, блядь, не сплю в чем-то подобном. Я больше люблю надевать в постель футболку и трусики большого размера.
Дверь открывается, и, пока я смотрю на неё с растущей паникой, в комнату входит мужчина, которому на вид, должно быть, лет семьдесят. На нём отглаженные черные брюки и накрахмаленная белая рубашка, а его седые волосы аккуратно зачёсаны назад. Он выглядит как грёбаный дворецкий, и это только подчёркивается, когда он начинает говорить с английским акцентом, представляясь Джеффри.
— Кто ты, блядь, такой? — Спрашиваю я, забыв о любых манерах, которые у меня когда-либо были. Я не знаю, почему этот старик стоит в спальне, где я, очевидно, спала, но с каждой секундой это становится всё более странным, и я хочу уйти.
Сейчас же.
— Я же сказал вам, мисс Сейнт, меня зовут...
— Я не спрашивала вашего имени, — выплёвываю я, сжимая в кулаках простыню, которую натянула на грудь. — Кто вы? Что это за место? Что, черт возьми, я здесь делаю?
— Будьте вежливы, мисс Сейнт, — резко говорит он. — Но, отвечая на ваши вопросы, скажу, что я управляющий домом наследников Блэкмура. Вы находитесь в доме наследников Блэкмур, на территории университетского городка, в главной резиденции, где проживают три наследника.
— Три наследника? — Он не может иметь в виду того, о ком я думаю, что он говорит. С чего бы мне быть в их доме?
— Старшие сыновья семей основателей, мисс. — Его голос звучит сухо и официально, и я неловко ёрзаю на кровати. Всё это не имеет никакого смысла.
— Почему я в их доме? Здесь живут только они?
— Да, мисс. Дом предназначен исключительно для них, за исключением тех случаев, когда другие новички придут сюда отпраздновать это событие. Братство наследников пользуется большим спросом. Членство в братстве и хорошая репутация часто приводят к новым возможностям и богатству после окончания школы. — Он говорит так, словно читает информационную брошюру, заученно и без эмоций. — У вас есть ещё какие-нибудь вопросы, мисс?
— Да. — Я свирепо смотрю на него. — Ты даже не ответил на главный вопрос. Почему я здесь? Почему я проснулась в этой постели, в этой дурацкой ночной рубашке, без каких-либо вещей и без каких-либо воспоминаний о последних двух днях, по крайней мере? — Я сжимаю челюсти, стараясь говорить ровным голосом, чтобы не показать, насколько я напугана. — Моё пребывание здесь не имеет никакого смысла. Я даже не учусь в этом университете.
— Вот тут вы ошибаетесь, мисс Сейнт. — Джеффри покровительственно улыбается мне. — Вы студентка Блэкмурского университета.
— Нет, я не собиралась сюда, — настаиваю я. — Я никогда не подавала заявление. И в любом случае, я никогда не смогла бы себе этого позволить...
— Ваше поступление было оформлено за вас, и ваше обучение оплачено.
— Как... — я замолкаю в замешательстве. — Что...
— Это всё часть контракта, который вы подписали, мисс? — Всё та же покровительственная улыбка не сходит с его лица. — Или вы и этого не помните?
7
АФИНА
— О каком блядь контракте ты говоришь? — Требую я ответа, всё ещё не сводя с него глаз. Это действительно не имеет никакого смысла. — Я не подписывала никакого контракта.
— Но вы это сделали, мисс Сейнт. — Джеффри пересекает комнату и открывает верхний ящик стола, достаёт несколько листов бумаги и протягивает их мне. — Вот это, чёрным по белому.
С неприятным ощущением в животе я начинаю читать. Многое из этого – юридический жаргон, но некоторые фразы бросаются мне в глаза, срываются со страницы и бьют по лицу.
Мисс Афина Сейнт, в дальнейшем именуемая «питомец», соглашается подчиняться мистеру Кейду Сент-Винсенту, мистеру Дину Блэкмуру и мистеру Джексону Кингу, в дальнейшем именуемыми «владелец», или «владельцы», во всем, немедленно выполнять приказы и выполнять все данные инструкции, включая, но не ограничиваясь:
Одежда (или её отсутствие), которую разрешено носить питомцу.
Что питомец должен есть, а также когда и где следует употреблять эту пищу.
Куда питомцу разрешается ходить в свободное от занятий время.
С кем питомцу разрешается общаться вне дома, а также при обычном общении на занятиях. Питомцу не разрешается общаться с другими мужчинами, если они не являются его преподавателями, и то только в классной комнате. Если питомцу необходимо посетить внеурочные занятия, его должен сопровождать один из владельцев.
Питомец соглашается выполнять все требуемые от него услуги. Это может включать выполнение поручений, приготовление пищи, уборку дома и т.д. Питомец будет делать это в соответствии с запрошенной манерой и типом одежды (или её отсутствием) без каких-либо жалоб.
Питомец будет доставлять сексуальное удовлетворение своим владельцам любым способом, который они выберут, без жалоб. Питомец будет делать это, не требуя собственного удовлетворения и не испытывая оргазма, без специального разрешения, которое будет предоставлено по прихоти её владельцев и ни в какое другое время.
Питомец не будет доставлять себе удовольствие, прикасаться к себе интимно, не соблюдая правила гигиены, или доводить себя до оргазма без специального разрешения своих владельцев.
Питомец не будет вступать в сексуальные отношения с любым другим лицом любого пола, кроме своих владельцев.
Несоблюдение этих правил приведёт к выговорам и/или наказаниям по выбору владельцев. Питомец соглашается принять это и добровольно подвергнуться наказанию, если будет отдан соответствующий приказ. Наказания могут быть карательными или финансовыми.